Книга Во власти Скорпиона. Большая игра, страница 33 – Александр Майерс, Гриша Громм

Он внезапно замолкает. Его энтузиазм гаснет. Алхимик смотрит на меня уже не как учёный, а как человек, понимающий масштаб угрозы.

— Подождите… Он напал на ваших людей? Он… он опасен. Его нужно изловить. Немедленно! Обезопасить людей.

— Этим и занимаемся, — киваю я. — Но есть нюансы. Я хотел спросить: можете ли вы сварить противоядие? Или что-то, что могло бы нейтрализовать его? И, что ещё важнее, есть ли способ защититься от его телепатических способностей?

Лев моргает, его брови взлетают почти до линии волос.

— Телепатических? У краба? Вы шутите?

— К сожалению, нет, — вздыхаю я.

И рассказываю ему про двух девушек на пляже. Про их зелёные глаза, собственно, из-за цвета которых я и напал на него самого.

Алхимик слушает, и его лицо выражает чистое недоумение, смешанное со скепсисом.

— Граф, простите, но… это звучит неправдоподобно. Магическая мутация физического тела — да, возможно. Но развить телепатические способности, достаточные для контроля над разумным человеком, за такой короткий срок? И у членистоногого, чья нервная система… — он качает головой. — Нет, тут что-то не то. Либо эти ваши девчонки были не в себе изначально. Либо… в общем, только курицу ваш краб может подчинить, а не человека.

Он что-то не договаривает, но мысль, в целом, логичная. Либо управляет не краб.

Эта идея, которую я уже ловил краем сознания, теперь обретает форму благодаря его скепсису.

А что, если я всё неправильно понял? Краб — жертва, а не хищник? Или пешка? Что, если кто-то другой использует краба как инструмент, а заодно и подчинил себе этих девушек?

— Вы думаете, что это не краб взял всех в плен, а кто-то другой взял в плен краба? — формулирую я вслух.

Лев пожимает плечами.

— Не знаю. Но телепатический контроль над людьми… это уровень, до которого мутировавший краб вряд ли мог дорасти. Если, конечно, это не какой-то уникальный экземпляр. Но вероятность мала.

Это меняет картину. Если так, то краб — не конечная цель. Он — следствие. Или оружие. И это делает ситуацию ещё более опасной.

— Ладно, — говорю я после паузы. — Допустим, телепатия — не его рук дело. Но сам краб существует, он мутировал, и он агрессивен. Его нужно поймать. И, возможно, найти способ обратить мутацию вспять или хотя бы контролировать её. А если не получится — просто прикончить. Вы можете сделать какое-то средство, которое его усыпит или ослабит?

Лев задумывается, потирая переносицу.

— Противоядие к мутагену… это сложно. Нужен живой образец его тканей, чтобы понять точный механизм изменения. Но средство для усыпления или временного подавления жизненных функций… да, могу попробовать. Сильнодействующий магический седатив, который будет воздействовать на изменённую нервную систему. Но это рискованно. Могу убить.

— Не страшно, — говорю я. — Лучше так, чем позволить ему напасть на кого-то ещё или размножаться. Но если будет шанс взять живым — сделаем. Интересно же.

— Живой образец… да, это было бы идеально. Если вы сможете его изловить и доставить сюда в целости и сохранности, я готов отдать всё, что у меня есть!

— Договорились, — киваю я. — Готовьтесь к приёму «пациента» и делайте своё усыпляющее зелье. Как скоро сможете?

— Дня два-три. Нужны специфические компоненты. Но я достану.

— Отлично. Тогда я пойду, — разворачиваюсь к выходу.