Книга Во власти Скорпиона. Кто на новенького?, страница 5 – Александр Майерс, Гриша Громм

— А вот виноградники Кривошеева — хороший доход в перспективе, — улыбаюсь, — надо оставить.

Оленька усмехается и делает пометки.

— А что с храмом? Когда можно будет назначить встречи с архитекторами?

— В ближайшее, — улыбаюсь я. — Но найди хорошего архитектора. Храм должен быть достойным. Не роскошным — достойным. Чтобы люди приходили туда молиться, а не глазеть на позолоту.

Оля кивает, записывает.

— И ещё, — добавляю я. — Нужно жильё для новых людей. Скоро у нас будет прибавление.

— Прибавление?

— Рабочие, слуги, гвардейцы. Род расширяется, мы должны быть готовы, — отвечаю я. — Надо начать с восстановления старых построек на территории. Потом организуем новое строительство.

— Поняла, господин, — Оля делает пометки. — Если вам больше ничего не нужно, граф…

— Как это не нужно?

Притягиваю её к себе, целую. Она отвечает — нежно, привычно.

— У меня для тебя есть новость, — говорю я. — Помнишь, мы говорили об институте?

Её глаза загораются.

— Да?

— Пора подавать документы. Учебный год уже начался, но… — я усмехаюсь. — У нас теперь есть связи. Устроим тебе отдельный экзамен.

— Ты серьёзно? — она смотрит на меня с надеждой и недоверием.

— Абсолютно. Ты заслужила это, Оленька. Пора тебе получить образование, которого ты достойна.

Она крепко обнимает меня. Чувствую, как дрожат её плечи.

— Спасибо, — шепчет она. — Спасибо, Сева.

— Не за что.

Потом она отстраняется, вытирает глаза.

— Мне нужно работать, — говорит она. — Документы сами себя не оформят.

— Иди. Вечером поговорим.

Она уходит. Я остаюсь один в кабинете.

Храм. Жильё. Институт для Оли. Новый проект с Котовым. Паяльное Жало. Культ Сольпуги и Толик.

Много дел. Очень много дел.

Но я справлюсь. Всегда справляюсь. И в этот раз справлюсь…

* * *

Деревня Старое Аджи-Кой

Единственный свет — несколько свечей на столе, вокруг которого сидят старейшины культа Сольпуги.

Сергей занимает своё обычное место — во главе стола. Но сегодня это место кажется ему неуютным. Опасным.

— Мы собрались, чтобы обсудить будущее нашей общины, — говорит он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Времена меняются. Нам нужно…

— Времена меняются, — перебивает его голос из темноты. — А ты, Сергей, не меняешься. В этом проблема.

Говорящий выходит в круг света. Борис — высокий, жилистый, с лицом, похожим на булыжник. Глаза холодные, пустые. Сергей всегда его недолюбливал, но никогда не считал угрозой.

До сегодняшнего дня.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает Сергей осторожно.

— Имею в виду твою слабость, — Борис обводит взглядом старейшин. — Сколько лет ты ведёшь нас? Десять? Двенадцать? И что изменилось? Ничего. Мы живём как жили. Прячемся, боимся.

— Мы живём в мире, — возражает Сергей. — Наши семьи в безопасности. Урожаи хорошие. Чего ещё желать?

— Величия! — рявкает Борис. — Сольпуга дала нам силу, а мы используем её, чтобы выращивать помидоры! Это позор!

Несколько старейшин кивают. Сергей чувствует, как почва уходит из-под ног.

— И что ты предлагаешь?

— Вернуться к старым обрядам, — голос Бориса становится тише, но от этого только страшнее. — К настоящим. Тем, что делали наши деды. Тем, что дают настоящую силу.

Жертвоприношения. То, от чего Сергей уводил культ все эти годы.

— Это безумие, — говорит он. — Времена изменились. Если мы начнём…