Книга Чернобуров #2 - Таежные войны, страница 68 – Александр Майерс

Я не стал уточнять, в чем дело. Просто побежал за школу, туда, куда указывала девушка. Активировал духовный доспех и приготовился призвать меч Лисицы. Водитель побежал следом, выхватив револьвер.

Меньше минуты прошло, пока я достиг места событий. Но воображение успело подкинуть десятки вариантов того, что могло происходить — наемники, гвардейцы Пихтина, демоны, случайный насильник… Глаза застлала кровавая ярость, я был готов уничтожить любого!

Все оказалось проще и прозаичней. Три подростка избивали одного, лежащего на земле — а Люда пыталась им помешать. Она кричала и плакала, хватала негодяев за руки, но те лишь отталкивали ее и продолжали свое мерзкое дело.

Школьная форма Людмилы была в грязи, волосы растрепаны, а на щеке ярко краснело пятно — судя по всему, от удара. Когда я увидел его, то все же дал выход злобе.

Подлетел к подросткам и влепил каждому оглушающую пощечину, усиленную маной. На ногах устоял только один, самый здоровый. На вид ему было лет шестнадцать, то есть всего на год младше меня. А в плечах он был значительно шире, и кулаки были размером с кувалды. Здоровенное пузо и пухлые щеки не должны были смутить — сил у парня явно было хоть отбавляй.

— Ты чё, урод⁈ — рявкнул он, не разобравшись, кто перед ним.

Бросился на меня, замахиваясь для удара. Я перехватил его руку и швырнул парня через бедро. Он рухнул, как мешок с камнями, жалобно ухнув.

— Не вздумай подниматься, несчастный.

— Охренел! — завопил подросток и попытался подняться.

— Лежать! — рявкнул я и очередной пощечиной бросил его на землю.

— Да ты знаешь, кто я⁈

— А ты знаешь, кто я? — наклонился, сверля подонка взглядом.

— Н-нет… — стушевался тот.

— Догадаешься?

Парень молча тряхнул жирными щеками.

— Думай в следующий раз, глупец, на кого поднимаешь руку. Перед тобой граф Чернобуров. Фамилия?

— Б***ь… То есть, простите… Щукин. Никита Щукин.

— Не вздумай подниматься, щукин сын, — не удержался я от каламбура и обернулся. — Люда, ты как?

Людмила продолжала плакать, стоя на коленях возле избитого. Они вместе с подружкой пытались как-то ему помочь. Мой гвардеец мягко отодвинул обеих в сторону и помог парню сесть. Тот покачивался, трогая окровавленное лицо и, похоже, едва понимал, что происходит.

— Гоша! — Люда со слезами бросилась мне на шею. — Великая Лисица, как хорошо, что ты здесь!

— Благодари свою подругу, — я кивнул брюнетке, та скромно улыбнулась и захлопала ресничками. — Расскажи, что здесь случилось. Этот юноша твой друг?

— Ну, д-да, — и без того красное лицо Людмилы стало как вареная свекла.

— Ухажер, что ли? — улыбнулся я. — Не плачь, дорогая. Все хорошо, наш целитель ему поможет. Вызови, — бросил я водителю.

Тот кивнул и достал мобилет. А я подождал, пока сестра успокоится и выслушал ее рассказ.

На первый взгляд все было просто. Друга Людмилы звали Матвей Крылов — простолюдин, сын промышленника. В эту школу принимали дворян наравне с теми безродными, кто мог себе это позволить.

Меня раздражала подобная практика. Там, где простолюдины учатся вперемешку с аристократами, неизбежны конфликты. Все эти правила вроде «внутри учебного заведения все равны» не работают. Дворяне, особенно импульсивные подростки, все равно будут воротить нос и насмехаться над безродными. И те, в свою очередь, получают возможность издеваться над слабыми духом родовичами.