Книга Перепутье, страница 57 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Я не понимаю, – несмотря на решимость, напроситься на его курс, невольно попятился, начиная жалеть о своём решении.

— Когда я отказался взять тебя в свой класс, мой друг заявил, что если ты хоть немного похож на своего отца, то просто так я от тебя не отделаюсь. Честно говоря, верилось с трудом, поэтому я поспорил с ним. Не сомневался в своей правоте, знаешь ли. Как оказалось, зря. – Поморщился Устюгов, всем своим видом выказывая недовольство от моего появления здесь.

— И что же вы ему проспорили? – я стоял столбом и не понимал, что нужно в этой ситуации делать.

Не так я представлял себе встречу с ним. Зачем мне вообще необходимо хоть что-то знать о споре с каким-то другом. Или он намекает на то, что если он проиграл в своём собственном споре, то мне лучше проваливать сразу? Я смотрел снизу вверх на Устюгова, а тот, в свою очередь, не отводил взгляда от меня. В итоге он вздохнул и произнёс:

— В случае проигрыша я выслушаю твои аргументы. Так что проходи. Чем быстрее ты выскажешься, а я сделаю вид, что выслушал, тем быстрее ты уберёшься отсюда.

Я сглотнул стоящий в горле комок и, в очередной раз поправив на плече сумку, вошёл в комнату. Помещение не поражало размерами, но было довольно комфортабельным. Два кресла и диван располагались посредине комнаты полукругом. В центре стоял небольшой столик, на котором сейчас стояла бутылка виски, заполненная наполовину, и два хайбола. Стены были украшены различными видами холодного оружия. На полу толстый ковёр. Вот, собственно, и вся обстановка этой маленькой гостиной.

Посмотрев на бутылку, я поморщился. Устюгов пьяным не выглядит, но лучше всё-таки, наверное, уйти и поговорить позже, например, после урока. Тогда он точно будет адекватным. Развернуться прямо сейчас мне помешало только то, что мы в комнате оказались не одни.

Одно из кресел было занято. В нём сидел мужчина лет тридцати пяти – сорока на вид. Судя по всему, невысокий, худощавый, с коротким ёжиком тёмных волос на голове и стальными холодными глазами. Встретившись с ним взглядом, я поёжился. Егор как-то говорил, что у Ромки взгляд убийцы. Да по сравнению с этим мужиком, Роман – просто мелкий игривый щенок не слишком большой собачки. Одет незнакомец был в чёрную футболку и штаны, явно военного образца, с множеством накладных карманов. Они были заправлены в высокие, до середины голени, ботинки на тяжёлой подошве.

— Вань, вот это и есть Наумов, – вошедший следом за мной Устюгов сел в соседнее кресло. – Ты был прав, Наумовы не знают значения слова «нет».

Иван промолчал, продолжая разглядывать меня. От его изучающего взгляда мне становилось всё больше не по себе. С трудом заставив себя отвести взгляд от гостя Устюгова, я развернулся к хозяину комнаты и выдавил из себя.

— Я могу посещать уроки боевой магии, Павел Анатольевич?

— Нет, и я уже сказал об этом директору Троицкому.

— Пожалуйста, мне это очень нужно, – я уже ни на кого из них не смотрел, а рассматривал пол под своими ногами.

Как оказалось, крёстному я сказал чистую правду. Пришёл сюда унижаться. Но мне действительно были нужны уроки боевой магии. Поэтому сам факт моего унижения не затронул ни одну струну внутри. А чего я хотел? За высказывания нужно отвечать. И я приблизительно представлял, когда шёл сюда, что меня может здесь ждать.