Книга Осознанный путь, страница 6 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Ты же хорошо к нему всегда относился. Что-то изменилось? — тихо спросил я.

— Кроме того, что теперь я не могу просто избавить этот мир от Гильдий? — усмехнулся Эд. — Ванда, Егор, выйдите на пару минут, мне нужно поговорить с Дмитрием наедине.

Они переглянулись и без лишних разговоров вышли. При этом Егор обнял Ванду за плечи. Она выглядела потерянной и, похоже, начала чем-то себя накручивать. Дверь за ними закрылась, и я повернулся к Эдуарду.

— Как так получилось, что Ромка — эфирит? Вы же их уничтожили.

— Вот об этом я и хотел с тобой поговорить, — Эдуард снова сцепил руки за спиной и подошёл к окну. — Я виноват перед Романом.

— В чём ты виноват? — я невольно нахмурился.

— В том, что он родился, — ответил Эдуард. И пока я пытался вникнуть в его заявление, он молчал, вглядываясь в собственное отражение в стекле.

— Я практически закончил работу над созданием Службы Безопасности, когда поступил приказ о ликвидации эфиритов. Слишком они были нестабильны, слишком много жертв было при их взрывах, которые начали происходить всё чаще и чаще. Тёмные, особенно Лазаревы, не могли находиться при них постоянно, тем более что эфир закрепился на генетическом уровне и передавался детям. Половая принадлежность не учитывалась, и девочки были ещё опаснее мальчиков, — начал говорить Эдуард.

— Тёмные могли их стабилизировать? — тихо спросил я.

— Да. Особенно Лазаревы, — Эдуард ответил, не поворачиваясь ко мне лицом. — Это мы создали полуразомкнутый контур и, как понимаешь, не могли не подстраховаться, — он замолчал, а потом продолжил: — Ты же видел, как Роман постоянно искал ваше общество, твоё и, хм, Леопольда. В Демидове, как ни крути, а течёт капля нашей крови через Веронику. Я даже не представляю тот предел самоконтроля, который выработался у этого мальчика. Но тут, как ни странно, надо сказать спасибо его безумному отцу. Роман уже в семь лет спокойно мог проваливаться в медитативное состояние, чтобы успокоиться и замкнуться, не давая чувствам выйти наружу. Поэтому он смог справиться и с первым выбросом, и со своим даром, не привлекая к нему внимания и ничего при этом не разрушив, — Он скривился, словно лимон съел. — Тем не менее, я всё равно жалею, что ты не дал мне удавить этого скота.

— Ты его читал? — задал я вопрос, прекрасно зная на него ответ.

— Разумеется, как и всех в гостиной Первого факультета, кроме Демидова, — как-то чересчур равнодушно произнёс он. — Я не переношу эту семейку из-за выкрутасов своей сестры, и совершенно ничего не хочу знать о Демидовых, в принципе.

— Как вообще это получилось? Среди Гараниных же не было эфиритов, — я обхватил себя за плечи. Меня никогда не били в детстве, пара вполне заслуженных шлепков не в счёт, без этого дети часто не понимают, что до них пытаются донести родители. Даже представить не могу, что перенёс Ромка.

— Он получил этот дар от матери, — спокойно ответил Эдуард и опустил взгляд. Теперь он разглядывал подоконник. Наверняка там было на что посмотреть, но меня интересовало сейчас другое.

— Ты не успел выполнить приказ, да? Ну, тот несчастный случай, все дела… — Говоря это, я старался не думать о том, что в плане отмороженности Эд спокойно даст фору не только Ромке, тот вообще щенок рядом с ним, но даже «Волкам».