Книга Тяжелый путь, страница 31 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Гаранин испытал просто невообразимый спектр эмоций, когда взял статуэтку в руки, чего с ним не случалось уже очень давно. Кое-как взяв себя в руки, он подправил некоторые узлы и создал небольшую брешь в защите, оставив видимость её внешней целостности.

Уже ближе к вечеру Роману удалось вывести всех своих ребят с территории поместья незамеченными и снабдить сингапурцев и австрийцев порталами в качестве платы за выполненную работу. Правда, они не спешили уходить, надеясь выкрасть сам артефакт, но их буквально несколько минут назад опередили воры из Польши, сумевшие выкрасть статуэтку. Правда, уйти у них сразу не получилось, и теперь поляки скрывались где-то на территории поместья. Но Роману было на них плевать, как и на сам артефакт, — слишком много ненужных воспоминаний он вызывал.

Но сам факт кражи Гаранина позабавил. Это было настолько рискованно и нагло, что охрана до сих пор, похоже, не поняла, что артефакт выкрали из специальной комнаты. А Моро не был магом и не мог отследить брешь в защите. Так что все делали вид, что всё нормально, и Романа это пока полностью устраивало.

Их никто не трогал весь день и большую часть вечера. Охрана была занята охотой на наиболее отчаянных и безголовых представителей других Гильдий, а Служба Безопасности пока занималась гостями. Это было сложно делать ненавязчиво, но безопасники старались. Гости были слишком высокопоставленные, чтобы пытаться их как-то задеть. Тот же президент Фландрии или его очаровательная супруга вряд ли оценили бы навязчивое внимание, и полетели бы головы. Вступать в конфронтацию никому не хотелось, и за прислугу пока никто не брался. То, что к вечеру из официантов осталось всего десять человек, включая двух его людей, его самого и Ванду с Егором, как бы намекало на то, что все преступники уже благополучно сбежали.

Внизу было шумно. Запланированную вечеринку никто отменять не стал, да и повода для сплетен было в избытке, чтобы сидеть по комнатам и ждать того момента, когда им разрешат покинуть это гостеприимное место.

Обведя взглядом зал, Роман заметил снующую между гостями знакомую фигуру.

— Да что же ты творишь? — Рома прикрыл на секунду глаза и решительно направился в сторону Ванды, которая довольно дипломатично в это самое время отказывалась составить компанию какому-то борову. — Что ты здесь делаешь? — Гаранин схватил её за локоть и оттащил в сторону, не обращая внимания на возмущённый писк. — Тебе что Дима сказал? Отдыхать и спать! — прошипел он, вталкивая девушку в служебное помещение.

— Я не могу ничего не делать! Да отпусти! — она вырвалась из ослабевшей хватки, вставая напротив Романа, бросив пустой поднос на стоявший рядом стол. — Ты даже не представляешь, какие мысли меня посещали в то время, пока я сидела здесь одна.

— Вэн…

— Нет, Рома. Мне необходимо чем-то заняться, пока мы не вернёмся домой, — Ванда повысила голос. — Я постоянно думаю о том, что мог сделать со мной этот урод. Что из-за меня кто-то из вас может находиться под ударом. Да, Дима сказал, что ничего в моей голове не укоренилось, а что если это не так? Если всё-таки что-то осталось? Дима и Эдуард всегда говорили, что магия разума непредсказуема, и никто из менталистов никогда не даст стопроцентной гарантии. Мне страшно, Рома. И страшно не за себя, а за тебя и за всех вас, — последние слова она уже шептала, закрыв лицо ладонями.