Книга Тяжелый путь, страница 32 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Вэн, — Рома притянул девушку к себе и крепко прижал к груди. Он сам находился в полном раздрае, и желание никуда не отпускать Ванду усиливалось с каждой секундой, как и желание послать всё к чёртовой матери и затащить её в свою комнату, чтобы уже завершить начатое на конюшне. — Где остальные?

— Егор где-то рядом, а Диму я с тех пор, как он поднялся в свою комнату, не видела, — прошептала она, поднимая голову и встречаясь с Ромой взглядом.

— Ты не переоделась, — тихо, на грани слышимости произнёс он, подталкивая Ванду к столу, заставляя её в него упереться.

— Алину я тоже больше не видела, как и большую половину официантов, а сменную рубашку мне никто не предложил. Хорошо хоть с Рерих я больше не сталкивалась, а то, находясь с ней один на один, я вряд ли бы удержалась, чтобы не избавить этот мир от её присутствия, — прошептала Ванда, и её взгляд остановился на его губах.

— Не выходи больше в зал в таком виде, — Роман наклонился ещё ближе, теперь их губы почти соприкасались. — Это же как сказка про Золушку, только немного наоборот, в полночь вся аристократия на таких приёмах превращается в быдло и делает, что их аристократическим душам угодно. Поверь, я знаю, о чём говорю. И мне не хотелось бы остаток вечера заниматься только тем, чтобы отгонять от тебя этих пьяных свиней.

— Ты преувеличиваешь, — Ванда подалась вперёд, и тут на периферии зрения промелькнула очень знакомая тень, пронёсшаяся рядом с ними. — Рома, замри, — Ванда крепко ухватила его за руку, не давая повернуться.

— Что? — Роман резко дёрнулся и отстранился от девушки, буквально кожей начиная ощущать направленный в его спину злобный взгляд. Но он почти ничего не успел предпринять, только выставить щит. Раздалось злобное мяуканье, и в него полетели иглы в тот самый момент, когда дверь распахнулась, и в комнату ворвался Дубов. Наспех наложенный щит не помог, иглы спокойно преодолели барьер и вонзились в спину Романа.

— Егор! — заорала Вишневецкая, подхватывая под руки начинающего опускаться на пол Гаранина. — Рома, мы сейчас что-нибудь придумаем. Надо найти Диму или Эда, они точно смогут помочь, — в панике бормотала Ванда, вглядываясь в лицо Роману. — Ромочка, только вот прямо сейчас не умирай, ладно? Рома, ну скажи же что-нибудь…

— Как же это больно, — простонал он и открыл глаза. — Это что ещё за хрень? — он с трудом поднялся на ноги, поворачиваясь в сторону Егора, который в этот момент оттаскивал в сторону мантикору, схватив её за шкирку. Завернув руку за спину, Гаранин прикоснулся к наиболее болезненному участку и наткнулся на длинную иглу. Выдернув, он внимательно её осмотрел. — Серьёзно? Мантикора?

— Ты жив? О, Боги, я так испугалась, — всхлипнула Ванда, порывисто его обняла, а потом начала выдёргивать из его спины иглы. — Я забыла, что на тебя яд мантикоры не действует…

— Да, те кинжалы как раз пропитаны этим ядом, — сквозь зубы процедил Гаранин, когда Ванда выдернула пару игл из задницы. — Эта паразитка явно хотела не только меня убить, но и унизить.

— Всё вроде. В тебя десять попало, — проговорила Ванда, а Роман прислушался к ощущениям. Острая, парализующая всё тело боль прошла, но чувство давления и какая-то скованность движений всё ещё оставалась. Он уже давно не испытывал ничего похожего. Вот уже несколько лет.