Книга Тревожный путь, страница 121 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Хм, как тебе сказать, — простонал он и вытер побежавшую из носа кровь. — Всё моё тело, каждый орган изрезан этим проклятье. Пока терпимо. Возможно, я уже просто ничего от боли не понимаю.

— Насколько тебе больно? — серьёзно спросил Эдуард, не переставая хмуриться.

— По десятибалльной шкале? Двадцать, — простонал Рома и рухнул на землю, хватая меня за руку. — Дима, не оставляй меня, пожалуйста.

— Конечно, мы тебя не оставим. Сейчас Эд снимет с тебя эту дрянь, и ты сам подлечишься, используя свою невероятную регенерацию, — успокоил я его, не понимая, откуда в человеке столько крови, потому что вокруг нас всё было ею залито.

— Он изменил его, — прошептал Эдуард.

— Что? — я непонимающе уставился на него.

— Георгий что-то сделал с проклятием. Я не могу его снять, не могу найти вторую связующую точку…

— Рома, — я прикоснулся к плечу отключившегося парня. — Приди в себя, слышишь, — как можно спокойнее позвал я его, начиная поддаваться нахлынувшей на меня панике. Я чувствовал, как вокруг начинает собираться толпа зевак, как из этого проклятого участка выходят люди. Слышал, как к нам подъехала карета скорой помощи.

— Я не хочу умирать. Не бросай меня, — он открыл глаза и, схватившись за мою руку, постарался подняться.

— Рома, я тебя не брошу, никогда. Ты — моя Семья, — пробормотал я. — Только не отключайся, — прошипел я, когда он вновь обессиленно рухнул на землю, закрыв глаза и больше их не открывая. — Эд!

— Давай в СБ, — коротко приказал он, вкладывая в мою руку какую-то ветку. — Слишком много посторонних.

— Ты уверен, что он сможет перенести перемещение? — напряжённо спросил Залман.

— Нет, не уверен, но я не могу здесь открыться и применить свой дар, — процедил Эд, бросая им точно такую же палку.

Я больше не стал вступать в перепалку и активировал портал, оказываясь в холле здания Службы Безопасности.

Нас ждали. Даже этих нескольких минут хватило, чтобы собралась бригада целителей. Ахметова нервно ходила кругами, на полу лежали носилки, и четверо сотрудников медпункта сновали рядом в состоянии готовности.

Рядом стояли какие-то приборы, трубки, на стойке висели гирляндой уже готовые капельницы.

Ванда находилась недалеко и смотрела на Ромку расширенными от ужаса глазами. Рядом с ней неподвижно стояли бледный Лео и Андрей с Ваней. Я обернулся на звуки шагов, с удивлением увидев промчавшегося через арку Никиту.

Ахметова тут же подбежала к своему пациенту и, проведя быструю диагностику, начала быстро подключать какие-то проводки, капельницы и приборы. Появившийся Эд сразу же сел рядом с Ромкой и напряжённо вглядывался в видимый только ему контур наложенного проклятья, пытаясь сделать то, чем занимался всю свою юность — снять быстрее всех наложенное на члена Семьи очередную Родовую дрянь.

Один монитор монотонно пищал, показывая, что пульс у Ромки был под двести ударов в минуту. И это всё, что я мог понять, остальные цифры мне ни о чём не говорили.

— Первый узел я снял, — тихо произнёс Эд в тот самый момент, когда один из приборов противно запищал.

Началась суматоха, Ахметова лично проводила базовую реанимацию, отвлекаясь только на то, чтобы передохнуть, тогда её менял кто-то другой. Периодически она произносила какие-то заклинания, но толку не было. Эд, закусив губу, старался распутать второй узел.