Книга 13 демон Асмодея. Том 5, страница 14 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Вот чёрт, — я побежал к растерянному федьдшеру. — Помоги мне, — и принялся закатывать на ногах «моего» пациента штанину. — Почему ты о них ничего не сказал? — рявкнул я на сержанта.

— Их не было, — он уставился на геморрагии как баран на новые ворота. — Правда, не было, клянусь!

— Что происходит? — ко мне подошёл майор, наблюдавший за нами в отдалении. — Вы знаете, что с ними? Это инфекция?

— Нет, я уже говорил, что это не инфекция, — ответив, я закрыл глаза и прошептал. — Огонь святого Антония.

После этого провалился в воспоминания из той, прежней жизни. Демона вызывал молоденький священник в монастыре одного из миров. Это было очень необычно и очень хорошо поощрялось. Всё-таки святоши — лакомая добыча для любого демона перекрёстка. Мне повезло, я принял вызов первым.

В монастыре полыхала эпидемия, все монахи были похожи на одержимых, но экзорцизмы не помогали. Вдобавок ко всему на телах заболевших монахов начали появляться пятна, потом их начинали бить судороги, у некоторых открывались кишечные кровотечения. Смерть была настолько мучительной, что священник не выдержал и вызвал демона. Он готов был рискнуть своей бессмертной душой, чтобы избавить братьев от мучений.

Эта сделка меня тогда очень хорошо подняла по карьерной лестнице, ну а потом случился тот случай, когда Асмодей собственноручно отправил меня в реанимацию… В общем, неважно. А важно было другое: эти пятна называли «огнём святого Антония». Я знаю, что здесь произошло, но нужно было убедиться.

— Давыдов! — я резко открыл глаза. Передо мной стоял майор, и недоумённо хлопающий глазами Мазгамон. Фельдшера видно не было. — Что с моими людьми?

— Господин майор, вы хлеб сами печёте? — спросил я, тряхнув головой, прогоняя воспоминания, вызвавшие во мне непонятное отторжение.

— Нет, — Васильев даже растерялся от этого вопроса. — В деревне соседней закупаем, а что?

— Покажите мне его, — твёрдо сказал я, и тут к нам подбежал фельдшер.

— У них, у всех такие пятна появились, — выпалил он. — Что это? Какое-то кровотечение?

— Да, почти, — я кивнул своим мыслям. — Но больше всё-таки мозг страдает. Покажите мне хлеб, — почти по слогам повторил я.

— Денис, ты есть, что ли, захотел? — нахмурившись, спросил Мазгамон.

— Заткнись, — бросил я ему, вопросительно посмотрев на майора.

— Идём, — немного подумав, ответил Васильев и направился из палаты.

Я пошёл за ним, а за мной почти бежал Мазгамон. Шли мы недалеко. Кухня располагалась за соседней дверью. Двое парней в огромных поварских колпаках варили что-то в огромных кастрюлях. Пахло, кстати, вполне съедобно.

— Кирьянов, покажи курсантам хлеб, — распорядился майор.

— Какой? — тут же отозвался один из поваров и, в ответ на мой вопросительный взгляд, пояснил: — Хлеб мы закупаем, но я бездрожжевые лепёшки пеку. Некоторым они больше нравятся.

— Муку где берёшь? — деловито спросил я, подходя к столу и беря протянутую булку. Бросив её на доску, принялся резать, чтобы внимательно рассмотреть, что у неё находится внутри.

— Из гарнизона с остальными продуктами привозят, — вместо повара ответил Васильев.

— Это хорошо, — пробормотал я, внимательно разглядывая нарезанные куски. — Есть! — воскликнув, я жестом подозвал к себе Васильева и Мазгамона, показывая им чёрно-красные вкрапления, отчётливо видимые в белом мякише.