Книга Остаться собой, страница 37 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Зачем вам его адрес? — как можно небрежнее спросил Егор, когда мы выезжали с территории завода.

— Просто стало интересно. Хотелось понять, что же его толкнуло на предательство клана, — я сосредоточенно смотрел на дорогу. — Район, прямо сказать, он выбрал для своего обитания не из самых лучших. Так что, вполне может быть, все из-за денег. Похоже этот Сорокин и был тем самым магом, кто ключ скопировал, чтобы не владеющие магией террористы могли нашими старыми телепортами пользоваться.

— Вот как, — Егор передвинул трость. — Вы уверены?

— Почти. О том, точно мое «почти» или нет, пускай служба безопасности разбирается. У них для этого больше полномочий и возможностей имеется, — и я действительно собирался сдать Сорокина Подорову, как и Снежиных, но мне нужно было убедиться, что мои догадки соответствуют действительности. Тогда, может, деда выпустят? Император же, когда навещал деда в нашем доме, прямо сказал, что, если он сумеет оправдаться в этой мутной истории с телепортами и ключами, то все обвинения с него будут сняты, а пока этого не произошло, даже он не сможет защитить старого друга.

— Ну, хорошо, посмотрим, что сможет Подоров обнаружить, — немного подумав, кивнул Егор, соглашаясь с моими мыслями.

Больше мы ни о чем не разговаривали, думая каждый о своем.

Дома было подозрительно тихо. Когда я зашел, то сразу же прислушался, но не услышал ни звука. В холл вошел Назар Борисович и принялся помогать мне снимать пальто. Каким образом он знает, что кто-то притащился, особенно из хозяев, о чьем прибытии охрана не оповещает, оставалось лишь гадать. Тем не менее, он знал обо всем, что творится в доме, и не только в доме, но и в половине столицы.

— Господин Вольф уехал домой. Велел передать, что, раз вы, Константин Витальевич, такая сволочь, что даже не предупредили о своем отъезде, то он будет ждать, всеми брошенный на произвол судьбы, когда вы соизволите забрать его из дома, чтобы поехать уже на производство. — Сообщил дворецкий, перекидывая мое пальто через руку. — Звонила Ирина Лейманова, просила вас с ней связаться, когда появится такая возможность. Ей необходимо обсудить с вами кое-какие непонятные моменты. — Я протер лицо. Не буду я звонить тебе, девочка. Только не сейчас, пока еще все настолько остро, во всяком случае, с моей стороны. — Звонила Анна Стоянова. Она также просила вас перезвонить ей, когда сможете, потому что ей необходимо с вами увидеться, чтобы кое, о чем спросить.

— Надеюсь, это все? — я бросил взгляд наверх, но оттуда не раздавалось ни звука.

— Нет, не все. — Невозмутимо сообщил Назар Борисович. — Звонила Маргарита Ведьма и сообщила, что, если вы еще раз оставите дневник там, где вы его всегда оставляете, то ей придется вас наказать, — от этих слов мне внезапно жарко стало, с чего бы это? И самое главное, как им всем пришла в голову мысль позвонить мне в те несчастны три часа, пока меня не было дома? Это, если выкинуть из головы мысль, что с ними со всеми я спал. — Вот теперь все. — Добавил дворецкий.

— Почему так тихо? — спросил я, когда он закончил. — Водников ушел домой, или мама все-таки сделала в ним что-то непоправимое?

— Господин Водников все еще находится здесь. Они с Марией Витальевной ждут вашего возвращения в желтой гостиной.