Книга Стать сильнее, страница 41 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Им скоро этого пруда хватать не будет, — не глядя на меня проговорил Подоров. — Вон те, вообще дикие. Прибились сюда во время перелета. Отдохнуть, видать, захотели, да так и остались.

— А зачем им куда-то лететь? — наблюдая за утками, ответил я. — Здесь относительно тепло, кормят опять же, хищников отгоняют. Красота.

— Да, красота. — Подоров раскрошил остатки батона и повернулся ко мне.

— Зачем ты хотел встретиться? — я всё ещё продолжал смотреть на уток.

— Чтобы предупредить, — серьезно ответил Подоров. — Это расследование уводит нас в очень и очень нехорошие дали. Прямиком во дворец. И не просто во дворец, а к семье императора. За нападением на поезд точно стоит кто-то из ближайшего окружения, а то и вовсе... — он не стал уточнять, но я прекрасно понял, что Подоров имеет ввиду.

— Император в курсе? — хмуро спросил я, глядя как толстый селезень пытается отобрать последний кусок у своего более стройного дикого собрата. Не то, чтобы он хотел есть, просто это было дело принципа. Вот и у людей так же. Чаще всего за подобными преступлениями стоят власть и деньги. И не то, чтобы тому, кто всё это затеял, не хватает денег и власти, нет, обычно всего этого добра более, чем достаточно, просто... дело принципа.

— Знает, — кивнул Подоров. — Император очень расстроен и ему необходимо больше доказательств, чтобы окончательно поверить и смириться с предательством довольно близкого ему человека. Точнее, у него было время, чтобы смириться. Теперь же дело стало за доказательствами, которых, к сожалению, пока недостаточно, чтобы он мог решиться на что-нибудь радикальное. Поверь, в этом деле просто нет хорошего решения. И императору сейчас просто невероятно сложно выбрать из двух зол наименьшее. Проблема в том, что у его величества нет прямого наследника.

— Да, это может быть проблемой, — эхом повторил я, глядя, как пришлый тоже пошел на принцип и не собирается отдавать зажравшемуся селезню то, от чего, может быть, зависит его жизнь. — Что эти, весьма знатные и могущественные люди имеют против меня и Вольфа?

— Против Вольфа понятно — деньги. Его отец контролирует почти весь банковский сектор империи. А вот что имеют против тебя, понятия не имею, — Подоров пожал плечами. — Именно против тебя. Ни против твоего деда, да и вообще к Кернам, похоже, особых претензий не возникает, а конкретно против тебя. Если только... — он замолчал и принялся очень пристально меня разглядывать, просто по миллиметру, стараясь разглядеть что-то, что дало бы ему ответы на все его вопросы. — Да, нет, — через какое-то время ответил он вполголоса на свой же вопрос. — Даже, если это и так, то его бы убили в поезде одним из первых. А не ушли, убедившись, что никого в купе нет.

— О чём это ты? — я приподнял бровь и посмотрел на Подорова.

— Да так, пытаюсь все версии отработать, — он махнул рукой. — Не обращай внимания.

Мы замолчали, глядя на уток. Толстый селезень все-таки победил. Просто задавил массой, вырывая кусок батона чуть ли не из клюва соперника.

— Несправедливо, — наконец, сказал я, указывая на довольного победителя, которому кусок действительно не нужен был.

— Естественный отбор, — пожал плечами Подоров. — Выживает сильнейший.

— А как всё-таки правильно: Тайная канцелярия или Служба безопасности? — внезапно задал я давно интересующий меня вопрос.