Книга Стать жестче, страница 111 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Зачем ты мне это говоришь? Ну пресечется династия, как будто этого никогда не случалось раньше. Императором станет Ушаков, мы сейчас работаем над тем, чтобы вернуть Егору потерянные очки. Это будет не худший вариант, чем Васька.

— Поговори с матерью, — внезапно перебил меня Подоров. — По моим сведениям, она могла выйти замуж за твоего отца. Мне нужно знать, где свидетельство о браке.

— Посмотрите в церковных книгах, — машинально ответил я, пытаясь осознать тот факт, что могу быть вполне законнорожденным.

— Был пожар в часовне и, несмотря на усилия твоего отца, книги сгорели.

— Какая жалость, — я переварил новость и она мне не слишком понравилась. И дело даже не в том, что я не смогу занять трон императора, я-то как раз смогу, дело в том, что я не хочу этого. Так что ничего я у матери спрашивать не буду. Захотела бы, сама бы давно уже рассказала, а то и бумагу показала.

— Поговори с матерью, Костя. Это очень важно для императора и для меня.

— Я поговорю с ней, — неохотно пообещал я. Конечно поговорю, когда время позволит, а оно долго может не позволить это сделать.

Подоров наклонил голову, внимательно осмотрел меня с ног до головы, и мы разошлись в разные стороны.

А потом всё завертелось с какой-то ненормальной скоростью, и с матерью я так и не поговорил.

Уже через две недели после того, как Водников так изящно меня подставил, Громов заявил о готовности основных охранных контуров у Вольфов, и что дальнейшее ложится на плечи начальника их охраны, а у него и так дел невпроворот.

Вот только, если я думал, что готовность защиты спасёт меня от самих Вольфов... Так сильно я ещё никогда не ошибался. Вольфы ушли летом, когда Ирине, а за ней Владе срок рожать подошёл. Только тогда я сумел отбить свой дом обратно. Дед сразу же вернулся от Ушаковых, а вот мама осталась, так ей было проще добираться до ротонды.

Но в основном эти месяцы слились для меня в одну сплошную ленту повторяющихся в различных вариациях событий. Иногда я даже терялся, путался в днях и датах. Меня очень сильно выручала Юля. Если бы ещё этот кобель Устинов от девочки отвязался, было бы совсем замечательно.

Егора тоже догнала подготовка в виде императорской канцелярии и собственной службы безопасности императора. Особенно вторая служба так плотно взялась за Ушакова, что у того только пар валил из всех отверстий.

— Этот козел будет меня учить, как охранный коридор от ворот до часовни и ротонды делать? — он пнул стоящий у него на дороге стул, когда весь красный ворвался ко мне в кабинет.

В этот момент в кабинете сидели Люсинда и Юлия. Люсе было скучно, и она решила помочь мне с журналом. Я с радостью свалил на неё такую кучу дел, что она даже пискнула что-то про перебор, но я уже её не слышал. Сама вызвалась, я её не заставлял. Пока что, чтобы не было недоразумений, я назначил её редактором «Сегодня». Пусть пашет. А недостаток опыта и навыки ей Котов быстро привьёт, потому что он сам уже вешается от перенапряга.

— Я могу поинтересоваться, какого черта ты врываешься в мой дом и начинаешь крушить мою мебель? — я посмотрел на него снизу-вверх, из-за горы разных бумаг, в которые меня с утра закопали.

— Я не могу там оставаться. Не тогда, когда имперская служба пытается влезть в мою работу, которая хорошо отлажена и прекрасно работает, — Егор поднял стул и упал на него рядом с женой. Люся нагнулась и легко его поцеловала, успокаивая.