Онлайн книга «Тайна дома на холсте»
|
— Давайте подумаем вот о чем. Важна ли личность самой пропавшей девушки? Почему именно Мария? — Потому, что она не ответила кому-то взаимностью или… наоборот ответила. Не тому человеку. — Владимиру? — Если и так, кто не хотел этого допустить? Выходит, нам нужно еще раз внимательно изучить все окружение Марии. Владислав Ксаверьевич, мне написала сестра из Петербурга. Три года назад в Койволе исчезла еще одна девушка. Дочь графа Строганова. Ее так и не нашли. — Если эти истории связаны, то тем более похищение Марии не может быть случайным или спонтанным. Оно должно быть хорошо подготовлено. Но прошу вас, ничего не предпринимайте, пока меня не будет. Я уеду на пару дней, неотложные дела требуют моего присутствия в Петербурге. — Владислав Ксаверьевич… вы - присяжный поверенный, одно дело защита вашего клиента, совсем другое – желание найти девушку. Я же вижу, что вы, как и я, хотите раскрыть эту тайну. откуда у вас это стремление? — Хм… Наверное, однажды вам кто-нибудь расскажет…- Оленевский помолчал, глядя на пламя в лампе. лучше, если я сделаю это сам. Видите ли… моя мать была болезненной. Всегда была. У нее случались ужасные мучительные приступы кашля, которые длились часами, иногда днями. Они истощали ее, высасывали из нее жизнь - Он поморщился от боли, вспоминая прошлое.- Доктора отправляли ее в постель на несколько недель. Помню, как маленьким мальчиком я ужасно боялся, что она просто задохнется. — А ваш отец? – мое сердце сжалось об боли за того маленького мальчика. — Мой отец был офицером, служил на флоте. У нас были слуги, но семьей были мы трое, я, моя мать и ее горничная. Она всегда была рядом, когда родился, она уже была. Оленевский поднялся, подошел к окну и одернул занавеску. Долго вглядывался в темноту. Я не задавала вопросов, такие истории человек должен рассказывать сам. — Я учился в университете, когда матери, казалось, стало лучше. Но вскоре ее состояние начало ухудшаться. Она не могла ничего есть, ее силы начали иссякать. А потом вернулся кашель. Врачи ничего не могли для нее сделать, они даже не находили чахотки. А потом… моя мать скончалась. Незадолго до Рождества. Отец потребовал расследования, я сопротивлялся, настаивая на том, что это просто болезнь. Мы поссорились. Я считал, что отец таким образом пытается избавиться от вины за то, что его никогда не было дома. — И что случилось? — Полиция быстро обнаружила доказательства вины горничной моей матери. Я никогда не обращал внимания на такие вещи, но остальные слуги сказали, что когда мать стала чувствовать себя лучше, она поймала горничную на краже мелких вещей и собиралась ее уволить. Но потом вновь почувствовала себя плохо и не смогла обойтись без ее привычной помощи. — Горничная отравила вашу мать, чтобы без нее не обошлись, а потом постоянно травила ее, чтобы всегда оставаться рядом? — Именно так. Она не собиралась убивать мать, давала маленькие порции яда, чтобы вызвать недомогание. Но ослабленный организм однажды не справился… — Боже мой… — Она до последнего клялась в своей невиновности. И я почти поверил ей. Я чуть не помог ей избежать наказания за убийство моей матери. Ведь за эти годы она стала членом семьи и всегда была рядом. — Мне так жаль… — С тех пор я всегда ищу правду, какой бы горькой она ни была. Со временем работа перестала быть для меня чем-то личным, иначе я просто не смог бы хорошо ее выполнять. Я прекрасно понимаю, что дела не похожи на дело моей матери. Но правду я ищу всегда. |