Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 120 – Игорь Некрасов

— Ты уверена? — спросил я, хотя ответ был очевиден.

— Лёш, — она чуть приподняла голову и бросила на меня через плечо взгляд — затуманенный, но всё ещё дерзкий. — Я. Просила. По-животному. Грубо. А не «уверена ли ты».

Ну ладно. Сама напросилась.

Я взял её за бёдра — крепко, так, что пальцы наверняка оставят следы на коже, подставил член к её сочащейся дырочке и одним резким движением вошёл в неё. Просто взял и вошёл. Без предупреждения.

Ирина вскрикнула — громко, сдавленно, будто этот звук выбило из её лёгких ударом. Но тут же, почти без паузы, она застонала — низко, гортанно, с нотами дикого удовольствия — и подалась назад, насаживаясь ещё глубже.

— Да-а-а… — выдохнула она, и её ресницы затрепетали. — Вот так! Ммм…

Я наклонился вперёд, запустил пальцы в её рыжие волосы у самых корней и резко, грубо сжал их в кулак. Голова Ирины откинулась назад, спина выгнулась ещё сильнее, а из горла вырвался испуганно-возбуждённый вскрик.

— Аа-ах!

— Молчи, — рыкнул я, чувствуя, как её тело пробивает крупная дрожь.

И она… замолчала, реально замолчала, а затем я ощутил, как всё её тело на секунду сжалось, словно пружина, а потом вдруг расслабилось, полностью отдавая мне контроль. Даже дыхание перехватило — она выдохнула так, будто только что отпустила какой-то внутренний тормоз.

Именно это, похоже, и было для неё самым острым кайфом: не боль, а вот эта игра во власть, момент, когда можно просто подчиниться. Я не слышал ни дерзких привычных слов, ни команд, ни еще чего-то. Ирина просто покорно замерла, уткнувшись щекой в простыню, и, после, кажется, даже дышать стала через раз.

Ну всё! Вот теперь точно моя очередь! Давай, Орлов! Хватит сюсюкаться! Покажи ей, на что способен, и сам же получи от этого чистый кайф!

Я начал трахать её — сильно, грубо и глубоко, с той самой животной грубостью, которую она выпрашивала.

Одна рука намертво держала её за волосы, не давая опустить голову, другая впивалась пальцами в красную, пылающую после шлепков ягодицу, сжимая упругую плоть так, что на коже наверняка останутся синяки.

Член входил до упора и выходил почти полностью, чтобы через секунду снова вонзиться в эту горячую, истекающую соком дырочку.

Кабинет наполнился звуками: шлепки моих бёдер о её задницу, её короткие, сдавленные стоны, которые она пыталась сдерживать, но не могла, моё собственное дыхание — тяжёлое, рваное, с рычанием на выдохе. И влажное, чавкающее скольжение члена в её соках — самое пошлое и самое честное, что можно было услышать в этих четырёх стенах.

Млять, да я же реально как зверь сейчас! — пронеслось в голове. — И мне это нравится! И ей, судя по тому, как она стонет и подаётся назад, — тоже. Так что какие могут быть претензии? Это же Ирина. Сама попросила отшлёпать. Сама сказала: «Трахни как животное». И я, блин, просто выполняю пожелания клиентки. В конце концов, я же профессионал.

Её руки всё ещё были связаны ремнём, а пальцы судорожно сжимались и разжимались в такт моим толчкам. Спина блестела от испарины, а ягодицы — всё ещё пунцовые от шлепков — подрагивали при каждом ударе.

Я чувствовал, как внутри она становится ещё уже, ещё горячее, как её мышцы начинают мелко, предательски пульсировать — верный признак того, что она уже на грани.

Но я ещё не закончил.