Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 32 – Игорь Некрасов

— Ой, ты наш бедненький, замученный, — с фальшивым, сладким сочувствием произнесла Ирина, и её нога под столом продолжила свой тихий, похабный массаж. — Наверное, очень тяжёлый сегодня день выдался, да? Много… разной, очень разной работы. Всем помогаешь расслабиться, а сам только в напряжении находишься, да?

Её взгляд, полный хитрого, весёлого, абсолютно разделяемого нами понимания, встретился с моим. В нём читалось: «Я знаю. Ты знаешь. А она нет! И это чертовски смешно и дико возбуждает!»

— Да… разноплановая деятельность, — пробормотал я, пытаясь сохранить лицо и одновременно мысленно повторять строение почки, чтобы отвлечься от её прикосновений.

В этот момент у Ирины зазвонил телефон, спасибо всем богам и её маме. Она взглянула на экран, и её лицо на секунду стало неестественно-серьёзным, как у школьницы, пойманной за курением.

— Алло? Да, мам… ага… уже выхожу. Да, я напротив в кафе… хорошо, пару минут. — она положила трубку и с напускной, театральной грустью развела руками. — Всё, мне пора.

Она допила свой капучино одним большим жадным глотком, встала и, проходя мимо так близко, что её бедро на секунду прижалось к моему плечу, наклонилась. Её губы оказались в сантиметре от моего уха, а дыхание, тёплое и пахнущее шоколадом и кофе, обожгло кожу.

— Спасибо за… комплексное оздоровление, — прошептала она так тихо, что слова услышал только я. — До встречи, Лёш. Буду ждать продолжения.

Затем она выпрямилась, весело махнула рукой Софье, бросила на меня последний многозначительный взгляд, в котором было и «пока», и «помни», и «скучаю уже», и выпорхнула за дверь, звеня колокольчиком. Через окно я увидел, как к тротуару подкатила солидная блестящая иномарка.

Ирина открыла дверь, обернулась, помахала нам в окно двумя пальцами, сложенными в подобие пистолета, и скрылась внутри. Машина плавно тронулась, и её красные огни растворились в вечернем потоке, как последний отголосок прошедшего урагана.

Теперь за столом остались только я и Софья.

— Ну вот, — сказала она, доедая свой кусок торта с сосредоточенным видом. — Ирину забрали. Меня, наверное, тоже скоро заберут. Папа должен заехать через пару минут, если не застрянет в пробке.

Она говорила это просто, как о чём-то само собой разумеющемся, скучном и милом. О быте. О нормальной жизни, где родители забирают с тренировок.

— Софь… — начал я, но сам же себя одёрнул и умолк.

— Что, Лёш? — она подняла на меня глаза, и в них не было ничего, кроме дружеского участия.

Я хотел что-то сказать, но что-то такое, что не звучало бы как дешёвая драма и предательство по отношению ко всем остальным, включая меня самого. Я снова открыл рот, пытаясь подобрать слова, которые были бы правдой, но не признанием, добрыми, но не пафосными. И в этот самый момент у неё в рюкзаке пронзительно и деловито зазвенел телефон.

— Ой, папа, наверное, — сказала Софья, нахмурясь, и полезла в рюкзак.

Одновременно я мельком глянул в окно. К тротуару, как по заказу, бесшумно подкатила солидная серая иномарка. За рулём угадывался силуэт мужчины в очках, держащего телефон у уха.

— Алло? Да, пап, я вижу тебя! — Софья махнула рукой в сторону окна. — Сейчас, сейчас выбегу! — она быстро допила последний глоток капучино и вскочила. — Всё, Лёш, мне пора! Спасибо за компанию!