Книга Его тайная землянка, страница 26 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

От младшего сотрудника выросла до старшего. Опыт на Земле, дотошность, внимание к деталям — всё это мне очень помогало.

Сегодня мой начальник Ругил Аенатис впервые вызвал меня к себе. У меня внутри ёкнуло, такой чести удостаиваются немногие…

Его кабинет был таким же строгими и минималистичным, как и он сам: голые стены, голографический стол, плавающие в воздухе сиденья.

— Виталисса, на следующей неделе аукцион «Реликвии Исхода» на орбитальной станции «Коринф» в секторе Лира-7. Ваш профиль. Нужен ведущий эксперт для описания и оценки лотов. Командировка на три стандартных цикла. Готовы?

Сердце ёкнуло. «Коринф»! Крупнейшее событие в сезоне для всех коллекционеров и историков. Ответственность. И признание моих навыков.

— Да, конечно, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Отлично. Вы поедете с командой. Ирниц и Гания будут ассистировать. Кстати, — он чуть усмехнулся, поправляя идеально сидящий рукав своего верса. — Там будут… влиятельные клиенты. Ваша внешность и компетентность добавят лоска мероприятию. Будьте готовы детально описать каждый лот у трибуны. Лично.

Вот оно. Я кивнула. Я была нужна не только как эксперт, но и как дополнительное украшение. Витрина. Приятная глазу сотрудница Центра, рассказывающая пресыщенным богачам о древностях.

Ладно. Я готова была играть по этим правилам. Слишком ценной была эта возможность повысить свою квалификацию и еще на один шажок приблизится к своей цели.

Перелет на станцию «Коринф» на корпоративном челноке прошел в напряженной обстановке. Мои помощники слишком нервничали, чтобы вести разговор.

Ирниц нервно листал каталог, а Гания не могла усидеть на месте, вглядываясь в иллюминатор в меняющуюся картину звезд и пролетающие корабли. Я же проверяла базы данных, повторяя атрибуцию главных лотов и полностью сосредоточившись на своей роли.

Станция поразила своим масштабом. Это был не просто аукционный дом, а целый искусственный мир-кольцо, вращающийся на орбите голубого гиганта.

Зал торгов напоминал католический собор: бесконечно высокие своды, поддерживаемые энергетическими колоннами, парящие голографические витрины, где в полях стазиса медленно вращались лоты.

Воздух звенел от приглушенного гула голосов, щелчков коммуникаторов, больших денег и пафоса.

Бледный Ирниц теребил свой планер. Для него это было первое мероприятие подобного уровня. Было от чего разволноваться. Ошибок в нашей работе не прощали. Были уже случаи, когда после подобной командировки сотрудника внезапно увольняли с жесткой формулировкой: “несоответствие категории”.

Я встряхнула плечами, расслабляя их. Нужно собраться. От этого аукциона и для меня много что зависит.

— Главный лот — тиапальский скипетр. Его ждут все. Сумма зашкаливает. Говорят, на него претендует сам клан Идирголов. И… — Ирниц понизил голос до шепота, — говорят, будут харды. Кто-то видел их корабль в доке.

От этих слов у сотрудников, стоявших рядом, побледнели лица. Харды. Сама мысль о их возможном присутствии заставляла невольно съеживаться, отводить глаза, поспешно проверять настройки своих версов.

Все знали об их энергетике, о том давящем, парализующем страхе, что исходил от них, даже когда они пытались сдерживать свое влияние.

Появление хардов на таком мероприятии могло означать что угодно — от внезапного интереса к истории до демонстрации силы и начала тихой войны за какой-либо артефакт.