Книга Измена. Не умирают от любви, страница 74 – Светлана Калинникова

— Отлично! А суп?

— Мам, ну какой суп? – сын развел руками. – Но рис с мясом и салатом я съел.

— Ну и то матери радость – ребенок не голодный. Как дела в школе?

— Да норм все. Только… Ма, а можно я на выпускной не пойду?

— Что? – я сняла пальто и уже собиралась пройти в комнату, но от неожиданности остановилась. – Твой выпускной – большой праздник и для тебя, и для меня… Для отца. А с чего такие мысли?

— Да не хочу я, – уклончиво ответил сын. – А если не наберу нужные баллы, вообще ничего не захочу.

— Так старайся! – возмутилась я. – И не отчаивайся. Классный руководитель тобой довольна, репетиторы тоже. Ну а то, что ЕГЭ – еще и удача, так тут же ничего не поделать: так со всеми экзаменами, дружочек мой.

Сказать-то сказала, а душа болит: сын что-то недоговаривает.

В голове тем временем проносились совсем другие мысли. Я представила, как семейство Ахтырских будет перемывать мне косточки: как давно у нее отношения с этим парнем, и, несомненно, они будут «поражены» разницей в возрасте. Просто развратница. Вадим обязательно вспомнит про Туринова и покачает головой: «Совсем старуха сбрендила, таскается по мужикам напропалую».

Но это все второстепенные моменты. Главное сейчас – Юрка.

А потом появился Туринов с той самой пиццей, которую обещал Юрке. Сын, не раздумывая, подхватил угощение и юркнул на кухню. А я тут же почувствовала, как Сашка притянул меня к себе и коротко, но так тепло поцеловал.

— Как день прошел? – прошептал он мне на ухо, а потом нежно поцеловал в макушку. Я даже улыбнулась про себя, думая: это просто такая привилегия у невысоких женщин?

— Есть что рассказать, – вздохнула я, чувствуя, как усталость накатывает. – Кажется, на старости лет я себе новую проблему завела.

— Какая старость? – возмутился Сашка, обнимая меня крепче. – Ты же молодая, при этом опытная и такая соблазнительная!

Последние слова он произнес так тихо, с такой нежностью, и подмигнул так, что я почувствовала, как мое сердце забилось чуть быстрее.

Мы собрались на кухне, заварили чай. Атмосфера была очень уютной, почти семейной. Мы болтали, ели пиццу и дружно смеялись над шутками Туринова. Я забралась на диван с ногами и расслабилась после сегодняшнего дня.

Туринов дождался, пока Юрка скроется в своей комнате, и тут же обратился ко мне:

— Ну а теперь скажи-ка мне, Полинушка, что случилось?

Я ответила, стараясь придать голосу как можно больше безразличия:

— Просто устала.

Саша протяжно вздохнул.

— Понятно-о-о. Не хочешь говорить, выходит. Ну а как я тогда помогу, если ты не хочешь ничего говорить?

Я посмотрела на него, слегка приподняв бровь.

— А я разве похожа на женщину в беде?

Он улыбнулся, и в его глазах заплясали озорные огоньки.

— Ты похожа на упрямую женщину, которой хочет помочь любящий и, надеюсь, в будущем любимый мужчина. Знаешь, я так воспитан, что мужчина нужен женщине не только для приятного времяпрепровождения, но еще и для защиты и помощи. Если у тебя другой взгляд, то давай мы с тобой это обсудим: выставь мне рамки дозволенного.

Я не удержалась и поддалась на его провокацию.

— А ты послушаешься?

Саша рассмеялся.

— Нет, конечно, но я готов создавать видимость. Только тут ведь вопрос доверия. Спать будем вместе, жить будем вместе, а трудности — порознь? Как же ты двадцать лет жила замужем? Ой-ой-ой! — Он покачал головой, изображая крайнее удивление.