Книга Нино и её призраки, страница 135 – Анна Теплицкая

— Ты уходишь? — спросил он.

— Да. Который час?

— Одиннадцать.

Я схватилась за голову: «Из-за моего поведения дети прогуляли школу». Он поставил пластинку, заиграла музыка, а я прикончила бутылку и поднялась.

— Нино, ну так же нельзя. Не уходи.

Я нежно выдохнула, — впервые за долгое время. Я дышу нашим запахом, им пропахла вся комната. Ник бросил на пол недокуренную сигарету и быстро сказал:

— Я тебя люблю.

— И я тебя.

— Я в смысле по-настоящему люблю. Я думаю уйти от жены.

«У тебя, Ник, сбитые набок, изуродованные мозги, которые ищут только неправильную любовь». Он немного подождал реакции, но я молчала, и он продолжил:

— Если бы ты ушла от мужа, то я, может быть, тоже ушел бы от жены.

— Может быть.

— Ты же понимаешь, что так, как сейчас, это не предел мечтаний?

И что это, Ник? Предложение жить вместе? Или хрень? Ты не мог бы нормально формулировать? Так, чтобы мне было понятно. Так, чтобы я не переспрашивала. Я не переспросила, конечно.

Не добившись от меня ни слова, он стал просить хотя бы секса:

— Давай еще раз? Пожалуйста!

Тяжеленькая от французского вина голова гудела, но требовала приключений, поэтому я переспала с ним еще раз, прежде чем бросить навсегда.

Естественно, эта идея была обречена с самого начала. После моего спонтанного ночного отъезда неприятностей не случилось. Домашний кружок работал сам по себе: дети были в школе, Ольга Николаевна хлопотала на кухне, Алексей Александрович ночевал на работе. «Неужели эта сомнительная вылазка сойдет мне с рук?» Лежа в постели, я ругала себя всеми грузинскими матами, которые помнила, презирала и понимала, что вела себя как конченая идиотка. Глупо было напиться среди ночи и поехать к Нику. Я в растерянности читала наши вчерашние сообщения: «Скучаю», «Не могу больше», «Моя хорошая, приезжай», «Думаю об этом все время». Надо было прекращать. Я уже получила от жизни все дерзкие удовольствия, и так повезло, что это ничего мне не стоило. «А что дальше?» — спрашивала я себя. Ведь мне всего тридцать три, самый возраст отречься от мирских удовольствий и заняться чем-то полезным для собственного развития. Хотя я думала, что секс очень развивает меня как личность, но понимала, что от Ника правильнее всего отказаться.

Через пару дней я позвонила ему и сказала, что жить без него не могу. Саморефлексия не помогла: я видела в этом разыгравшемся влечении гибель своего брака, но отчаянно решила не останавливаться. Кроме Ника, никто так не умеет проявлять инициативу — настойчиво и жадно, но вместе с тем деликатно.

Дни опять полетели с ужасающий быстротой, я была рассеянна, меньше, чем обычно, занималась мальчиками, когда Алексей Александрович уезжал, бегала к Нику, а когда муж был в городе, покорно сидела дома с отсутствующим выражением лица.

— Мамочка, поиграешь с нами? — спросил Датошка.

Алексей Александрович только пришел, шепнул на ухо мальчикам, и они позвали меня сыграть в настолку.

— Не сегодня.

Ночью у меня снова были галлюцинации. Я проснулась с ощущением холодной пустоты внутри. Алексея Александровича не было рядом. Я поводила рукой по холодной подушке: судя по всему, он еще даже не ложился. Я прошлась по всей квартире, заглянула в каждую комнату, но никого не было дома, ни мужа, ни мальчиков. Мне стало очень страшно.