Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 125 – Сьюзен Уилсон

По слухам, Агамемнон мог в любой день объявить об окончании войны, поскольку был уверен, что им не победить. Этот занудливый болтун царь Нестор из Пилоса созывал совет командующих, куда Агамемнон обязан был явиться. Несмотря на то что микенская часть войска из-за отсутствия нормального командования сражалась без энтузиазма, мало кому из царей хотелось возвращаться домой, не получив за многолетние тяготы ничего, кроме того, что их дома на долгое время остались без боеспособных мужчин.

Настало время для уклоняющегося от сражений микенского царя узнать, что о нем думает Неоптолем. Совет даст мальчику возможность пробраться в жилище Агамемнона и подложить потроха песика ему под подушку – подходящий подарок для труса, соответствующее наказание за неуважение к величайшему из ахейцев, от чьего семени произошел Неоптолем, отцу, которого однажды Неоптолем намеревался превзойти по части кровопролития. Все его тело сотрясалось от необычной сладостной дрожи, когда он представлял себе шок Агамемнона после обнаружения его подарочка.

Понимая, что Патрокл пристально за ним наблюдает, Неоптолем сгорбился, словно пятящийся к своей ракушке краб, и с нарастающим нетерпением стал дожидаться начала совета.

Когда время пришло, он выскользнул из укрытия и под покровом темноты воровато прокрался к микенской части лагеря. Возле жилища Агамемнона он остановился и приложил ухо к двери.

Внутри оказались мужчина и женщина.

Неоптолем выругался про себя. Разве Агамемнон не избавился от своей рабыни, отдав ее низкорослому простолюдину Терситу? Но характер мужского кряхтения было ни с чем не спутать. Мальчик бесчисленное количество раз слышал подобные звуки возле палаток воинов, и часто они сопровождались приглушенными женскими вскриками.

Он слегка приоткрыл дверь. На кушетке лежала девушка, а между ее бедер был Агамемнон. Одной рукой он зажимал ей рот, а второй шарил по ее телу. Через несколько мгновений Неоптолем узнал искаженное лицо девушки: подруга Патрокла, дочь Калхаса. Он с восхищением наблюдал за происходящим, пока Агамемнон не начал конвульсивно содрогаться.

Нептолем выпустил из рук свой мешок, и тот с влажным хлюпаньем приземлился на вытоптанную траву. Оставив свой план, мальчик вернулся в мирмидонянский конец лагеря. В своем воображении он развлекался насилием над девушкой, только теперь ее потрясенные глаза смотрели не в лицо Агамемнона, а в его.

* * *

Воины качали головами, и провидец с мертвенно-бледным лицом шел дальше.

После возвращения с совета Нестора Калхас обнаружил, что дверь его домика сломана, а его ребенка там нет. Он поспешил к укрытию своего хозяина, по дороге сожалея, что послушался приказа Агамемнона и задержался на совете после того, как микенцы, рассерженные критикой других царей, ушли.

— Здесь ты ее не найдешь, – издевательски усмехнулся Агамемнон, когда Калхас отпихнул раба у двери и потребовал, чтобы ему отдали Астиному. – Можешь и в другую комнату заглянуть, если хочешь, хотя я тебе советую посмотреть лучше у Ахиллесова кузена. Этот вечно отирается рядом с ней.

Отчаянным взглядом провидец окинул спальное помещение. Он подбежал к большому сундуку и поднял скрипучую крышку. Внутри оказались лишь юбки да туники. В бессильной муке он дергал себя за бороду. Мог ли кроткий Патрокл совершить такое преступление?