Книга Тоннель в лето, выход прощаний, страница 93 – Мэй Хатимоку

Ткань футболки на моем правом плече, куда она уткнулась лицом, начала намокать. Ее тонкие пальцы с такой силой впились в мою спину, что оставили на коже болезненные отметины от ногтей.

Видимо, верно говорят, что с годами люди становятся сентиментальнее.

Я нежно провел рукой по волосам Ханасиро.

— Извини… Кажется, я причинил тебе много боли…

— Я тебе никогда этого не прощу… Поэтому больше не уходи…

— Хорошо, не волнуйся. Я больше не оставлю тебя одну. Мы будем идти вместе.

— …Правда?

Я взял Ханасиро за плечи и немного отодвинул, чтобы взглянуть на нее. Вся в слезах, с раскрасневшимся носом, но это нисколько не умаляло ее красоты.

Я выдержал небольшую паузу, собрался с духом и приблизил свое лицо к ее.

Наши губы встретились. Зубы едва заметно стукнулись, и на мгновение я подумал, что вышло неловко, но не стал на этом зацикливаться.

Так прошло секунд пять. По меркам внешнего мира – поцелуй длиной в добрых шесть часов.

Я отстранился. Первый поцелуй оказался слегка соленым.

Затем я поднялся на ноги и протянул руку Ханасиро, которая все еще пребывала в легком ступоре.

— Идем. Пора возвращаться.

47 часов 56 минут.

Общее время, которое я провел в туннеле Урасима. Если перевести это на время снаружи…

Получается 13 лет и 45 дней.

Мое тело осталось семнадцатилетним, тогда как по паспорту мне уже тридцать. Ханасиро же, как выяснилось, вошла в туннель на пять лет позже меня, поэтому ее физический возраст достиг двадцати двух лет. Она уже вполне взрослая девушка.

Мы выбрались из туннеля Урасима в один из догорающих сентябрьских вечеров.

Даже оказавшись снаружи, я не смог до конца осознать, что провел вдали от привычного мира тринадцать лет. Кодзаки оставался таким же медвежьим углом, а местная старшая школа, которую, как я думал, давно закрыли или объединили с другой, по-прежнему стояла на своем месте.

Пожалуй, больше всего меня удивило, что я увидел в поезде, – новейшие мобильные телефоны. Все тыкали в экраны своими пальцами, но разве от этого они не должны пачкаться?

Изрядно потрепанный после беготни по туннелю, я для начала зашел в первый попавшийся магазин, чтобы как-то привести себя в человеческий вид, после чего мы с Ханасиро сняли номер в городском бизнес-отеле.

Оказавшись в двухместном номере, мы по очереди приняли душ, а затем уселись на кровати и начали делиться тем, что каждый из, пережил.

Я рассказал о своих скитаниях по туннелю Урасима и встрече с Карэн.

Ханасиро же рассказала о своей жизни, работе над серией, когда она только и делала, что рисовала мангу.

Мы настолько увлеклись разговором, что не заметили, как он затянулся до глубокой ночи.

— Я продолжу рисовать мангу.

К этой теме Ханасиро подошла в тот момент, когда разговор о прошлом естественно перетек в обсуждение планов на будущее.

— Я хочу снять квартиру и попытаться вернуться в индустрию. У меня есть сбережения, которых хватит, чтобы прожить пару лет без работы, да и ничего другого я не умею.

— Согласен. Это хороший план. Да и у меня нет права тебя отговаривать.

— А ты, Тоно, уже думал, что будешь делать дальше?

Вопрос застал меня врасплох.

На самом деле, у меня нет плана. До того, как войти в туннель Урасима, все мои мысли были заняты только встречей с Карэн, а после возвращения в голове крутились лишь смутные надежды, что «как-нибудь да проживу, если буду стараться». Мне неловко признаваться в своей легкомысленности, но и врать я тоже не могу. Я честно ответил: