Книга Душа мавки, страница 8 – Ева Бран

Один из парней стоял на коленях у кромки и бил ладонями по воде, словно по крышке гроба.

— Саша! - орал он. – Саша, выныривай! Ну хорош!

Я могла бы выйти и взять второго. И третьего. И десятого. Вода умеет быть терпеливой. Но что-то внутри меня, глубже обиды, чуть дрогнуло, будто под илом шевельнулась старая дощечка с рунами. Словно память, которой у меня не было, на секунду приподняла голову.

Ведагор…

Я отвернулась от берега и ушла в глубину.

Глава 2

Руслан

У воды всегда чудятся голоса.

Даже если берег пуст, даже если камыш стоит ровной стеной и ни одна птица не решается издать звук. Вода всё равно шепчет. Она помнит больше, чем любой из нас, и потому врёт реже. У воды легко понять, кто человек, а кто только носит его личину.

Я приехал к озеру в тот час, когда сумерки плавно перетекли в ночь. В воздухе висела тёплая сырость, пахнущая тиной, бензином и дымом костра. На подъезде стояла полиция. Два автомобиля с мигалками, желтая лента, скучающие лица. Им казалось, что это «несчастный случай». У нас любые смерти у воды списывают на дурость, алкоголь и статистику.

Они не видели того, что видел я: узор. Воздух над озером был перетянут, словно тонкая ткань, и где-то в ней зияла прореха. Старая прореха. Сильная. Я остановился на обочине, выключил двигатель и посидел, прислушиваясь. Дал тишине привыкнуть ко мне.

Сзади на сиденье лежал мой рабочий рюкзак. Внутри: железо, соль, мел, моток красной нити, пузырёк с настоем полыни, свечи, складной нож с серебряной жилой в рукояти, связка знаков на тонких дощечках. Всё то, за что нормальный человек назовёт тебя сумасшедшим, а сумеречный признает профессионалом.

Орден не любил, когда мы таскали с собой слишком много. «Лишнее притягивает лишнее», - говорили старшие. Но я давно понял, что в нашем деле каждая мелочь может стоить тебе жизни, поэтому старался взять всего по максимуму.

Я вышел, поправил ремень и подошёл к ленте, изображая из себя обычного любопытного зеваку, случайно заехавшего в это место.

— Куда? - окликнул меня молодой полицейский. Голос у него был уставшим и немного злым.

Я достал удостоверение. Документ, который видят те, кто должен видеть, и не замечают те, кому не положено. Он взглянул, моргнул, и лицо его стало чуть более пустым.

— А… проходите. Там… - он махнул рукой. – Там ребята из МЧС искали. Ничего. Родители на ушах, ну вы понимаете…

Понимаю.

Я пошёл дальше. Песок под ногами был влажный, холодный, с мелкими камешками. След жертвы в суматохе затоптали, но он ещё чувствовался тонкой энергетической ниточкой, которая почти истлела. Я присел, провёл пальцами по мокрому песку.

— Вода забрала, - пробормотал и невольно оглянулся на озеро.

Оно вернуло мне взгляд отражением в ровной глади. Туман стелился низко, и в нём вода казалась, страшным омутом. Никогда не любил глубокие, непрозрачные водоёмы, потому что знал – там может прятаться чудовище. Настоящее, безжалостное, невидимое простому человеческому глазу и оттого более опасное. И какой чёрт понёс этого пацана плавать?

Я встал и пошёл вдоль берега – туда, куда люди ещё не продвинулись, оставляя уйму мешающих отпечатков. Туда, где камни торчали из воды, походя на зубы огромного монстра. Колдуны всегда прячут узлы в укромных уголках.

И тут вода шевельнулась. Мелкая рябь прошла по поверхности. По спине пробежал неприятный озноб.