Книга Я вернулась, чтобы сжечь его дом. Том 1, страница 38 – Наталья Бутырская

— Я так соскучилась, папа!

— Я тоже, моя орхидеюшка! Думал, ты совсем забыла обо мне.

— Нет, я… я просто обиделась. Ты запретил мне выходить из поместья, помнишь?

Он ласково потрепал меня по голове, сгоняя ласку обратно на плечо.

— Я был неправ, Лань-Лань, прости. Не понимаю, почему я так вспылил. Как твоя новая служанка? Привыкает?

— Да, Ши Хэ очень старается. Знаешь, у нее старшая сестра пропала полгода назад…

— Чжоу что-то говорил об этом.

Я заглянула в смеющиеся папины глаза и не стала заводить разговор о борделях. Не сейчас.

— Папа, а сейчас можно мне выходить? Скоро фестиваль драконьих лодок… — я постаралась состроить умилительную гримаску. — Позову Су Цзянь, а то я ее после ритуала сплетения душ и не видела.

— Хорошо-хорошо, — засмеялся отец. — Конечно, сходи. Ты же не будешь возражать, если за вами присмотрит Сюэ Сюэ?

Я чуть нахмурилась, но кивнула.

— Пусть присмотрит. Только ты пока не соглашайся на помолвку, он мне все равно не нравится. И подарки у него скучные. А еще он невежа. Разве можно слать подарки девушке до помолвки?

Избежать встречи с Сюэ все равно не получится, так хоть получу нужную мне свободу и смогу раздобыть доказательства его преступлений.

Близился фестиваль драконьих лодок — один из самых оживленных и красочных праздников Поднебесной. За прошедшие дни я окончательно разобралась с записями, собрав личный архив вероятных событий, и занялась делами внутри поместья. Больше я не пренебрегала общением с семьей: встречала у ворот отца, обсуждала с мамой пошив новых летних платьев, писала письма братьям и сестрам.

За день до фестиваля мы с мамой отправились на кухню, чтобы сделать традиционное угощение на праздник — цзунцзы. Обычно стряпней у нас занимались слуги, а вот по особым случаям стол накрывала мама, она принесла этот странный обычай из своей семьи. Сейчас мамина родня довольно зажиточна, хоть и низкого происхождения, но еще ее бабушка, моя прабабка, вынуждена была сама стирать и стряпать на всю семью. Видимо, она передала внучке правило собирать всех женщин поместья на кухне, чтобы они вместе готовили праздничные угощения.

Я убрала волосы в косу, надела самое простое платье из тех, что у меня были, позвала Ми-Ми и пошла на кухню, предвкушая грядущее веселье. Готовить еду вместе так здорово! Бурлит вода, трещат поленья в очаге, пахнет медом, корицей и тушеной свининой! Кто-то перекладывает липкий рис в чашу, кто-то смешивает сладкую бобовую пасту, я сворачиваю в кулёчки упругие бамбуковые листья, а они не слушаются и так и норовят распрямиться. Мама наполняет кулечки рисом с начинкой, ловко обвязывает их ниткой и складывает на большой плетеный поднос. Все, словно щебечущие ласточки, смеются, шутят, делятся последними сплетнями, обсуждают, кто чем займется на праздник и кто с кем пойдет. В праздники мы всегда отпускали слуг к их семьям и давали каждому корзинку с угощением, только охранники оставались на своих постах. Впрочем, многим из них некуда было идти. Отец, как и другие высокопоставленные чиновники, взрастил и обеспечил всем необходимым свой личный отряд, собранный из сирот и обездоленных.

Я вошла на кухню и радостно поприветствовала служанок. Ми-Ми любопытно задергала носиком, а потом запрыгнула на подвешенную к потолку связку чеснока, перескочила на полку с бочонками и умчалась дальше, затерявшись среди утвари.