Книга Дикий. В твоём плену, страница 39 – Лана Светлая

— Эй, спокойней. Откуда я мог знать это. Так, подожди… Тебе может стать плохо? Насколько плохо? – его голос полон подозрения.

Черт! Вот ещё один минус нашей парности. Беспокойство за пару не позволит им со зверем согласиться, чтобы я рисковала собой.

— Ой, расслабься. Угрозы жизни нет никакой. На ведьмовской силе больше всего отразится, – само собой, я не говорю ему, что и физически меня может накрыть. – Если простым языком, то не смогу именно «колдовать» какое-то время.

— Ты можешь по телефону быстро объяснить парням, куда им двигаться. Это не займёт много времени, – продолжает настаивать Глеб, поверив в то, что со мной всё будет «ок».

— Как только я освобожусь, сразу поговорю с твоими людьми, – за моим холодным и непреклонным тоном чётко прослеживается, что я сделаю именно так, а не иначе. И что я точно не изменю своего решения.

Мысленно вообще послала его… очень далеко. Так понимаю, некоторые мои эмоции он теперь очень хорошо может сканировать, так что пусть в полной мере почувствует, насколько далеко я его отправила.

Несмотря на усталость, на губах расползается довольная улыбка, когда слышу позади сдавленные маты.

К дому мы подходим уже в полной темноте. По ощущениям время близилось уже к полуночи.

Выдав этому нудисту плед, усадила его на стул и шприцом взяла нужное количество крови.

— Можешь пока что-нибудь нам на ужин сообразить, – сказала Глебу, который с нескрываемым интересом оглядывал моё жилище.

Не дожидаясь ответа, ушла в комнатку, где проводила эксперименты с зельями.

Выползла из неё спустя два часа практически на подгибающихся ногах, чувствуя дикую слабость во всё теле.

— Ты в порядке? – первое, что слышу от Берковского, стоящего возле стола. Он хмуро сканирует меня взглядом.

— Нормально, – практически заплетающимся языком отвечаю, усаживаясь на стул и беря стакан с водой, стоящий возле тарелки с какой-то едой.

Он и правда что-то приготовил.

С жадностью выпиваю прохладную воду, после чего делаю пару глубоких вдохов.

— Три новости. В принципе, все три неплохие, –хрипло начинаю говорить, отставляя стакан. – Первая: зелье вполне себе рабочее. Вторая: у него пока краткосрочный эффект. Точное время я не смогла определить, но думаю… максимум сутки. Ну и третья, самая хорошая – я смогу сделать, так сказать, противоядие, – устало откидываюсь на спинку стула, задираю голову и закрываю глаза. Тихо бубню под нос. – Но только не в ближайшее время.

Как же хреново.

Пытаюсь собрать себя в кучу, но получается с трудом. Мои физические резервы практически иссякли.

И самое важное сейчас – это сохранить свою психику в стабильном состоянии, потому что если «полетит» и она… то … будет совсем печалька.

— Никаких разговоров о… нас, – сразу предупреждаю Берковского. – Мне нужно отдохнуть, а споры с тобой только ухудшат моё состояние.

Надо бы пойти в спальню, упасть на кровать и вырубиться, но принимаю решение сначала ополоснуться.

— Ты куда? – тут же настороженно интересуется Глеб, как только я встаю со стула.

— Ополоснусь. За домом есть душ, – коротко информирую его.

Душ – это, конечно, сильно сказано. Там самодельная конструкция, которую я сделала буквально месяц назад: столб, к которому подвесила ведро с веревкой. Тянешь её вниз, и на тебя выливается вода.