Книга Дикий. В твоём плену, страница 66 – Лана Светлая

О, есть контакт.

С трудом удерживаю себя от радостного оскала, когда её «океан» безразличия начинает идти волнами. Первое, что я чувствую – лёгкое недоумение.

Леся не спеша поворачивает голову ко мне, смотря на меня в лёгком шоке.

Прямо и чуть насмешливо смотрю в её глаза.

Бинго!

Голубые омуты, в которых я совершенно не против утонуть, вспыхивают бунтарским огнём. Тем, что всегда горел в её глазах.

— В каком, стесняюсь спросить, будущем?

О да-а-а!

В мелодичном голосе появляются вкрадчивость и язвительность.

Давай, детка, вылезай из этого болота отчаяния.

— В нашем, конечно, – непринуждённо отвечаю.

— А кто сказал, что оно у нас будет? Берковский, я потеряла силу, а не память. И я точно помню, что не планировала с тобой будущего.

— Ну, раз память тебя не подводит, напомни мне, что я думал по этому поводу?

Волны становятся всё сильнее.

— Я уже не ведьма! Я теперь простой человек! И уж точно не самая достойная пара для вожака клана! – со злостью цедит она.

— Моя сестра тоже простой человек, – небрежно пожимаю плечами. – И клан Горских вроде не считает её недостойной парой для Лютого.

— Я теперь никто! Просто оболочка, в которой… пустота! – с яростью. – Той Леси, которую ты знал, нет!

— Уверен, мы с… этой Лесей, – практически мурлычу соблазнительным тоном, наклоняясь к ней ближе и пожирая её похотливым взглядом, – тоже найдём… общий язык, – последние слова намерено произношу самым пошлым тоном, намекая на то, что в постели у нас никаких разногласий не было.

Лёгкий флёр женского желания заставляет громко вдохнуть полной грудью этот сладкий аромат, чувствуя, как темнеет перед глазами от дикой волны похоти, пробежавшей по всему телу и осевшей в паху.

Леся громко сглатывает, смыкая на какой-то миг веки, после чего трясёт головой, словно скидывая морок, и снова смотрит мне прямо в глаза.

Её желание чуть притупляется, а на первое место выходит ярость.

— Я не собираюсь с тобой спать! Да и вообще, завтра уеду отсюда с девчонками.

— Эм-м… сомневаюсь в этом.

— Ой, только не говори, что не отпустишь меня. Потому что… –фыркает девушка, но резко замолкает, когда видит мой многозначительный взгляд и снисходительно приподнятую бровь.

— Ты не имеешь права держать меня в плену, – выдыхает она, прищурившись.

— Считай это своим отпуском. Ну или больничным. Последнее, конечно, ближе, так как ты немного не в форме, – спокойно начинаю рассуждать, – после битвы. И ду…

— Ты охренел?! – рычит Леся, садясь прямо. – Берковский, ты хоть представляешь, какую «весёлую» жизнь я могу тебе устроить, если ты меня не отпустишь?!

— Не представляю, но… – улыбаюсь. – Уверен, мне понравится.

Стремительно целую её в губы быстрым жадным поцелуем и также стремительно поднимаюсь с кровати и иду к двери.

Губы расползаются в улыбке, когда в спину несётся просто цунами из эмоций Леси: ярости, шока, раздражения, протеста.

И пусть они пока все отрицательные, но…

Главное, что они есть.

Даже мой зверь радостно рычит, чувствуя, что наша истинная… «оттаяла»,что той гнетущей, пугающей до дрожи пустоты в ней больше нет.

— Принесу тебе чего-нибудь поесть, – кидаю через плечо, прежде чем выйти из спальни. – Нужно восстановить твои силы. Хотя бы физические.

И как только закрываю дверь, с той стороны в неё что-то прилетает с громким стуком.