Книга Обидеть ведьму может каждый, или клочки по закоулочкам, страница 51 – Светлана Калинникова

Смейтесь, смейтесь. Я вам сейчас и не такое расскажу.

— А вот еще случай был. Помнится, мой бывший муж хотел надо мной посмеяться, когда я его из дома выгнала. Что же мне оставалось, бедняжечке? Собрала его вещички да и разорвала на клочки. Я ведь и его могла клочками по закоулочкам пустить. Только пожалела. Но это не главное, — я снизила голос и перешла на шепот.

— Я ему в оставшийся целый пиджак в карман штучку-невидимку подсунула.

Сочиняла, в общем, от души. Я им подала знак склониться ко мне. Зачарованные моим тихим голосом, «шкафы» послушно приблизились.

— А штучка непростая — засушенный трюфель, найденный в полночь…

— Вы что, совсем дураки? — раздался голос водителя. — Она чушь несет несусветную. Зубы заговаривает. Завяжите ведьме глаза, чтоб не сглазила.

— Не имеете права! — возразила я.

— Если мы скажем Главному инквизитору, что ты пыталась навести порчу и произносила заклятья, то по Магическому кодексу мы просто обязаны обезвредить ведьму, завязав ей глаза.

Молчание было не из-за страха перед неизвестностью, что ждала меня за дверью кабинета инквизитора, куда меня могли привести с завязанными глазами. Моя ведьмовская сущность позволяла видеть сквозь любую ткань, но я чувствовала, что именно сейчас лучше всего промолчать.

Как все так закрутилось? Должно же быть по-другому. Мне не место в инквизиции, обвинение предъявляют негодяям вроде Клочкова. Где я проглядела? В чем виновата сама?

Кабинет главного инквизитора был совсем небольшой и очень неуютный — казенщина в чистом виде. В нем стоял внушительный сейф, несколько столов и ряд из пяти стульев у стены. Воздух был наполнен запахом разогретой еды, хотя микроволновки видно не было — вероятно, как это часто бывает в подобных учреждениях, она была спрятана в каком-нибудь шкафу, где для нее предусмотрительно выпилили отверстие под розетку.

Оболенцев, с хмурым и явно недовольным выражением лица, «поручкался» с моими провожатыми и кивком пригласил меня сесть на стул, придвинутый к столу напротив него.

— Мне нужен один звонок, — заявила я, не собираясь отказываться от своих прав. — Даже ведьме по магическому кодексу он положен.

— Право на адвоката тоже имеете, — согласился он. — Но допрос будет завтра. Сегодня вы просто задержаны, и я хочу с вами побеседовать. Завтрашний допрос пройдет с участием адвоката.

— Мне нужно позвонить отцу и предупредить его. Он будет волноваться.

Получив разрешение, я достала телефон из сумки. Почти сразу же услышала его голос. Были у меня опасения, что он не сразу ответит.

— Зачастила ты, дочка, звонить! — засмеялся папа. — Что-то случилось?

— Папа, у меня нет времени. Скажу сразу — меня задержали, я в инквизиции. Мне вменяют продажу своего магического дара, и мне нужен адвокат. Только, папа, он должен быть из магических лиц.

— Я все понял, — грустно ответил папа. — Ты держись там. Завтра с утра у тебя будет адвокат, и я приеду тоже. Кто инквизитор, кстати?

— Оболенцев.

— Понял.

Оболенцев дал мне время прийти в себя. Я смогла воспользоваться туалетом, затем умыться. Похвалила себя за то, что всегда ношу с собой в сумке антисептик — привычка, появившаяся со времен ковида. Он предложил чай. Я представила, какой контингент проходит через это место за день.

Я рассказала ему многое: начиная от развода и этой клятой попытки отравления, до нелепого требования передать Клочкову мой дар-брошь.