Книга Лишенные богов, страница 141 – Лиза Андерсон

Вик судорожно сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает комок.

— Я не могу оставить тебя здесь одного…

— Ты думаешь, что помогаешь мне, но это не так, – отрезал он, и в его глазах блеснула странная, холодная уверенность. – Я справлюсь с этим миром лучше, чем ты.

Вик замерла, обдумывая его слова. Последние недели она видела, как Генри бьется над простейшими заклинаниями. Да, он колол камни, иногда сдвигал их, но он не был «звездой» курса. В его движениях было больше злости, чем магии. Неужели он винил ее в своих неудачах? Неужели ее опека была для него не щитом, а балластом, который тянул его на дно, не давая «проснуться» его собственной силе?

Ее мысли, должно быть, слишком явно отразились на лице, потому что Генри отвел взгляд, не выдержав этого немого вопроса.

— Генри, – тихо позвала она, – ты считаешь, что я тебе мешаю?

— Ты серьезно? – Генри вскочил, и в его голосе звенящим металлом отозвалась обида. – Ты до сих пор не веришь, что я в состоянии о себе позаботиться? Я – маг, Вик! Мое место в этих стенах, среди этой магии. А твое – нет. Это просто факт, смирись с этим.

— Не смей… не смей так со мной разговаривать, – выдохнула Вик, чувствуя, как внутри все сжимается от несправедливости его слов.

— Это правда, и пора это признать! Весь этот бред затянулся. Да, ты крутая, ты умеешь ломать кости – мне это доказывать не надо. И плевать, что там нашептали тебе про Обряд в катакомбах. Для меня тот кошмар важен только потому, что они могли тебя убить прямо у меня на глазах! Ты вообще понимаешь, о чем я?

Вик бессильно откинулась на подушки, чувствуя себя так, словно ее ударили наотмашь.

— Я всю жизнь была твоим щитом, Генри. Ты правда думаешь, что я развернусь и уйду именно сейчас, когда все стало по-настоящему паршиво?

Генри вдруг сдулся, как проколотый мяч. Он снова рухнул в кресло и уткнулся лбом в край ее кровати, пряча лицо в складках одеяла.

— Прости… прости, что сорвался, – глухо пробормотал он. – Прошлая ночь… она меня просто уничтожила. Я так испугался за тебя. Весь этот мир меня пугает, и я… я не представляю, что со мной будет, если я тебя потеряю.

В тот момент Генри был так похож на ребенка. Он смотрел на нее взглядом заблудившегося мальчика, видя в ней свою последнюю и единственную опору.

Боже, она так сильно любила этого малыша, что ей было больно. В этом и была проблема, не так ли? Вик еще не решила, что делать со взрослым мужчиной, в которого он превратился. Она задыхалась рядом с ним, но знала, что без него перестанет дышать вовсе.

— Все в порядке, – сказала она, коснувшись его кудряшек. – Я тоже прошу прощения.

По какой-то причине она не рассказала ему о просьбе Макса помочь уничтожить Братство. В ее памяти всплыла сцена, когда Ксан прижал ее к стене в «Лете» и велел уходить: «Я знаю, ты тешишь себя надеждой, что найдешь здесь свой дом. Но ты ошибаешься».

Вдруг все встало на свои места, и по ее венам пополз холод. Ксан не просто предупреждал ее – он знал, что произойдет. Он шпионил за ней не как враг, а как тот, кто предвидел неизбежное. И его жертва в квартире Мередит, эта отданная ей кровь… это было не просто исцеление. Это было клеймо.

У нее были незаконченные дела с главным Стражем. И это не могло ждать ни минуты.