Книга Цитоник, страница 143 – Брендон Сандерсон

— Я могу летать как ненормальная, – предупредила я.

— Я понимаю про ненормальность гораздо больше, чем вы можете предположить, – ответил Чет. – И… ну, вчера я уходил с РейЗед, чтобы потренироваться на перегрузку. Мне кажется, теперь я лучше помню разные вещи из прошлого, способы помочь моему телу держаться. А даже если и не получится, я предпочитаю присоединиться к вам. Честно говоря, меня беспокоят делверы. Вчера они потерпели неудачу с нападением. Они предпримут что-нибудь еще.

Я кивнула:

— Тогда пойдем.

33

В тот день базу Залповиков покидала совсем другая группа. На дуэль мы взяли всех и летели неторопливо – этот караван был отчасти демонстрацией силы, отчасти проявлением солидарности.

Сегодня мы взяли только пилотов. Пег присоединилась к моему звену. Загруженный огневыми средствами, но уступающий в скорости истребителям, ее шаттл мог бы превратиться в мишень, но способен был нанести ущерб как куда более крупный артиллерийский корабль. По ее приказу мы держали коммы выключенными. В этом полете не было ни перешучиваний, ни обмена байками, ни ленивого почитывания книжек.

Начальную часть полета – до того, как мы встретились с остальными группировками, – я провела, пытаясь унять волнение. Наши деструкторы все еще находились в несмертельном режиме, но у каждого корабля имелась возможность перевести его в смертельный, если битва станет по-настоящему опасной.

Пег этого не желала. Она хотела завербовать пилотов Твердыни, а не перебить их. Но она была слишком прагматична, чтобы не предусмотреть такой вариант.

Я передала управление Чету и дала ему возможность приспособиться. Если я как-либо пострадаю во время боя, возможно, ему придется перехватить управление, поскольку М-Бот так пока и оставался неквалифицированным. Чет выполнил несколько простых маневров, демонстрируя, что у него сохранилась некая мышечная память пилота, а я сидела в задумчивости. Меня беспокоило кое-что из сказанного Дрожью. Ее слова об образах реальности.

Я обдумала их, потом закрыла глаза и мысленно потянулась прочь из кабины. Я заставила себя действовать чрезвычайно тихо и осторожно. Почувствовав поблизости делверов или их внимание – их тревожное ожидание, – я притормозила. Если постараться, я могла оставаться незаметной для них, хотя, подозреваю, это работало бы лишь до тех пор, пока они не знают точно, где я.

Порадовавшись, что я так быстро прогрессирую, я отвернулась от них и стала ощупывать «где-то» в поисках чего-то знакомого. Я вспомнила, что когда только-только попала в «нигде», в те джунгли, я ощутила рядом с собой другой разум. Я почувствовала что-то еще до того, как нашла Чета. Я думала, что это был мой отец.

Не мог ли это быть мой образ реальности? Думать, что это на самом деле был он, казалось глупым. И тем не менее при поиске я наполнила свой разум теплом. Той «звездностью», которой я научилась на Пути. Это было что-то вроде кода или позывного. Я использовала это свойство, чтобы рассеять окутавшее меня облако Брейд и сбежать из ее тюрьмы. Однако оно могло также указывать, кто я и где я, но лишь для тех, кого я знала. Как сигнал вызова на закрытом канале связи.

Я почувствовала, как что-то вздрогнуло и тоже связалось со мной. Некий разум. Я коснулась его, и мое сердце взволнованно забилось. Мой значок! Да, я почувствовала его, и он ответил. Он… он…