Книга Цитоник, страница 182 – Брендон Сандерсон

— О, – сказал Хешо, – но ведь нам не нужно, чтобы они действительно приняли отличающиеся решения, не так ли? Нам нужно всего лишь представить им иллюзию того, что это происходит. Или беспокоящую вероятность того, что это может произойти. Правильно?

— Я… – Чет нахмурился. – Вы правы. В поясе они не могут видеть будущее. Так что, если вы сможете заставить их бояться того, что может произойти, этого будет вполне достаточно для наших целей – отвлечь их достаточно надолго, чтобы вы трое могли проскользнуть мимо и сбежать.

Из моего кармана послышалась трель.

— Извини, – сказал Чет. – Вы четверо.

Еще одна трель.

— Я не понимаю, – сказал Чет.

— Она настаивает, чтобы вы сохранили ее тайну, – сказала я. – И не говорили другим делверам, что ее соплеменники прячутся тут, притворяясь неодушевленными предметами. По крайней мере, я думаю, что она сказала именно это. Ее не всегда можно точно понять.

Раздраженная трель.

— Погибель, – сказала я, – в «где-то» ты просто повторяла мне мои же слова. Это не слишком-то понятное общение.

Удовлетворенная трель. Для нее это было совершенно ясно, потому что шуметь – означало привлечь внимание, а настоящие эмоции передает общение от разума к разуму.

— План Хешо стоит испробовать, – продолжал Чет. – Нам нужно придумать способ заставить делверов решать. Я подозреваю, что вы правы, мисс Найтшейд. Эти монстры будут достаточно напуганы, чтобы выйти в пояс, но лишь совсем рядом со световспышкой.

Мы придумали несколько способов, которые могли бы сработать, – один из них заставил нас остановиться ненадолго и привязать дрон к корпусу снаружи, для дальнейшего использования, – так что хотя бы что-то у нас было. Потом мы сделали перерыв, и я выглянула из кабины, чтобы осмотреть фрагменты. Мы уже перешли с территории Верховенства на Ничью Землю. Здесь фрагменты располагались гораздо ближе друг к другу, с небольшими промежутками между ними.

— Спенса, – негромко позвал М-Бот. Его голос звучал из приборной панели.

— А? – откликнулась я.

— Я тут думал о том, что ты говорила раньше, – сказал он мне. – Что я должен вычислить, почему ты действуешь вопреки собственным эмоциям. Они требовали, чтобы ты осталась с Залповиками, но ты все равно ушла.

— И до чего же ты додумался?

— Я все еще в замешательстве. Но решил, что знаю, что мы должны продолжать. Я думаю… я думаю, у нас на самом деле нет выбора. Если мы хотим спасти наших друзей в «где-то». Так что мы должны лететь, готовы мы или нет. Это… Спенса, это меня пугает.

— Угу. Меня тоже, приятель.

— Итак, мы должны действовать вопреки нашим эмоциям, – сказал он. – Спенса, зачем они нам? Извини, что продолжаю спрашивать об этом, но я никак не пойму. В чем цель эмоций, если нам так часто приходится действовать наперекор тому, что они нам говорят?

Я никогда не задумывалась над этим. Похоже, мне приходилось действовать вопреки эмоциям гораздо чаще, чем в соответствии с ними. Так в чем же смысл?

— Ты спрашиваешь не того, – наконец сказала я. – Хешо смог бы сказать тебе что-нибудь мудрое.

— Я не хочу что-нибудь мудрое, – возразил М-Бот. – Я хочу твой ответ.

Ух. Ну, возможно, я могу считать это комплиментом?

— Без эмоций, вопреки которым мы действуем, – сказала я, – не могли бы существовать некоторые прекрасные вещи.