Книга Цитоник, страница 183 – Брендон Сандерсон

— Например?

— Например, мужество, М-Бот. Страх порождает мужество.

Он задумался на некоторое время.

— Думаю… пожалуй, я могу это понять. Тебе нужны противоположные эмоции, чтобы почувствовать хорошие?

— Да, – сказала я. – И, кроме того, я думаю, эмоции помогают нам понять собственные решения. Ты только что сказал мне, что понимаешь, что мы должны уйти, хотя и не чувствуешь этого.

— Так, значит… – проговорил М-Бот, – значит, эмоции не могут руководить тобой в одиночку. Они существуют, чтобы помочь тебе принять некоторые решения, но не все. В данном случае наши разумы взяли верх над ними. Потому что мы поняли, что, если мы не продолжим путь, много народу окажется в опасности. Эмоции подобны вторичному блоку обработки данных, который изучает различные виды входящих данных, чтобы предложить иное мнение и другие варианты действий.

— Верно, – сказала я. – Вот видишь? Ты сам до всего додумался.

— С трудом. А вам всем это, похоже, понятно инстинктивно.

— Это потому, что мы обладаем эмоциями с рождения, – сказала я. – Ты сравниваешь мой почти двадцатилетний опыт с твоими несколькими неделями обладания эмоциями – свободного, без контрпрограммирования. С учетом этого ты отлично справляешься.

М-Бот задумался. И тут приборная панель запищала.

Мы приближались к пункту назначения.

Мы почти добрались до последней остановки на Четовом Пути Старейших. До места упокоения воспоминаний, принадлежавших самим делверам.

41

Световспышка становилась все больше и больше по мере того, как мы приближались. Сейчас она господствовала в небе. Внизу фрагменты располагались всё ближе друг к другу; расстояние между ними уменьшалось, пока не исчезло совсем. Те, над которыми мы пролетали сейчас, были сдавлены вместе, вынужденно сцеплены, образовав гребни на стыках. Казалось, будто кто-то хотел собрать пазл, но ему наскучило, а потому он стиснул все кусочки вместе, не глядя, соответствуют ли они друг другу.

Свет тоже изменился. Последние несколько минут полета небо из розового стало чисто-белым. А земля… она казалась нарисованной. Странно: световспышка не стала ярче – я все еще могла смотреть прямо на нее, – но под ее мощным сиянием ландшафт внизу побелел, и от центра протянулись длинные тени.

Я нахмурилась при виде этой картины и подалась вперед, посмотреть на эти проплывающие внизу тени. Они казались чересчур… резкими. Словно клинья, вырезанные в свете, что раскинулся за пиками пейзажа. Они были такими длинными – пугающе вытянутыми, с четкими резкими краями. Разве свет от расположенных выше частей световспышки не должен этому препятствовать?

— Спенса, – прошептал позади меня Чет, – мы прибыли.

Я выглянула наружу с другой стороны кабины и заметила внизу длинную тень, отличающуюся от остальных. Фрагменты под нами – теперь они окончательно и бесповоротно превратились в большую равнину – были относительно плоскими, лишенными какой-либо растительности. Хоть какое-то разнообразие возникало лишь по краям, там, где фрагменты когда-то столкнулись друг с другом, или от изредка попадавшихся каменных глыб, отбрасывавших круглую тень.

Однако же здесь, под нами, я увидела четко прямоугольную тень, протянувшуюся на сотни метров. Одинокая Тень – так назвал это место Чет. Портал, в котором хранятся воспоминания делверов. Я медленно опустила корабль на поверхность и, приземлившись, почувствовала кое-что еще – идущие сзади сильнейшие цитонические эмоции.