Книга Мальн. Наследие древних, страница 154 – Мира Салье

— Да нет же, я…

— Я должна найти дядю, прошу меня извинить, господин. – Свея сделала реверанс и прошла мимо, на миг оглянувшись. – И отдельно прошу прощения за скверный реверанс.

Алвис подавил желание выругаться. Похоже, племяннице Стейна недоставало благоразумия да и уравновешенности тоже. Она и не подозревала, что затронула болезненную тему. Уж в чем-чем, а в высокомерии по отношению к слугам его упрекать еще никто не смел. Его Эира была дочерью служанки, и Алвиса никогда не смущало ее положение. Эти воспоминания разбередили старые раны.

Он вообще не помнил, чтобы хоть одна женщина позволяла себе разговаривать с ним в подобном тоне, особенно какая-то человеческая девчонка! Усилием воли совладав со вспышкой гнева, он выбросил из головы все мысли о Свее и покинул обеденный зал, поспешив догнать друзей.

Разговор вышел коротким, да и Гелиен не собирался снова и снова мусолить эту тему. Его не переубедить. Он уже все решил. Таковой была плата за грехи далекого предка, и она выпала на долю Гелиена. Ради Мальнборна и других королевств, ради друзей, ради любимой. Оказаться в плену собственного разума – вот его истинное наследие. Не духовные силы Кьелла, не все королевства Оглама, когда-то оставленные мальнами.

Гелиен ненавидел духов, ненавидел Мануса, себя. Ненавидел слова, которые собирался написать Арэе.

Ему было страшно. Он прекрасно осознавал последствия этого шага. Через несколько часов он уснет, а когда проснется – если проснется, – Эрика, Каи, Финна уже может не быть в живых. Но какой у него был выбор? Все эти дни, каждый мучительный час он гнал мысли о том, как Катан пожирает Арэю взглядом, пытается к ней прикоснуться. К горлу сразу подступала тошнота. Гелиен был уверен, что Катан не причинит Арэе вреда, однако желание, которое тот испытывал… Гелиен до сих пор чувствовал его силу. Порой такая страсть способна затуманить разум и толкнуть на отчаянный шаг.

Волна неистового, давно забытого гнева захлестнула Гелиена, охватывая все жилы. Она грозилась стереть лишние мысли, оставив единственное желание: все бросить и помчаться домой. Отомстить. Правитель Мальнборна жаждал мести. И Гелиен, каким он был когда-то, так бы и поступил. Но того Гелиена больше не существовало. Он погиб в Сумеречных землях, в то самое мгновение, когда кинжал смергла полоснул его ладонь.

Тело содрогнулось. Ясный ум – вот что сейчас было необходимо.

На краю стола лежало письмо для Хэварда, в котором Гелиен во всех подробностях постарался описать связь между ним и смерглом. Он надеялся, что это поможет старейшинам.

Второе письмо он написал для Арэи. Оно вышло коротким и далось ему нелегко. Как можно выразить все то, что он чувствовал к ней, в строчках на пергаменте?

Гелиен повернулся к окну и уставился на мерцающее небо, заметив там лишь самую яркую звезду.

– Вернись ко мне, – раздался в голове шепот Арэи.

– Не могу…

– Вернись ко мне.

– Я хочу этого больше всего на свете, но…

– Вернись ко мне.

– Прости, любимая…

Тяжесть разлуки с Арэей так давила, что Гелиену стало трудно дышать. В памяти замелькали картины прошлого. Он вспомнил, как впервые увидел Арэю. Вспомнил черты ее лица, цвет волос и необыкновенных глаз – самых прекрасных глаз, в которых поначалу горело лишь холодное безразличие. На мгновение Гелиен будто почувствовал ее запах. Если бы тогда кто-нибудь сказал ему, что эта высокомерная особа станет любовью всей его жизни… Со дня свадьбы прошло столько месяцев, а Гелиен до сих пор удивлялся, называя Арэю женой. Он не хотел, чтобы их счастье закончилось так быстро. Королю смерглов удалось все разрушить, и за это Гелиен ненавидел себя еще больше.