Книга Корона Двух Миров, страница 76 – Энн Несбет

Первое: она лежала на боку в каком-то туннеле с земляным полом.

Второе: она свободно водила вокруг руками. Это её немного успокоило. Значит, она не похоронена, а просто лежит где-то под землёй. (Линни говорила это себе с максимальной убеждённостью.) Дышит свободно. Кроме того (девочка подёргала ногами), кости, несмотря на падение, целы.

Но было и третье важное обстоятельство, и оно, урча, подсовывало свою мягкую пушистую спинку девочке под руку и шершавым язычком лизало ей щёки: Полукошка была с ней. Какое счастье.

— Какое счастье, – произнесла девочка вслух. От облегчения её так трясло, что слова вышли прерывистые и задрожали в воздухе. По тому, как они отразились от стен, Линни поняла, что пещера более просторная, чем ей показалось поначалу. Она вытянула руку вверх, насколько могла, и не упёрлась ни во что. Ага! Линни села и внезапно почувствовала себя намного лучше. Когда голова оказалась, как ей и положено, выше остального тела, паника немного отступила. Теперь девочка знала, где верх, а где низ. Для начала уже неплохо. Но одну руку она не снимала с утешительно тёплой шёрстки Полукошки.

Линни поморгала и прищурилась, но темнота не рассеялась.

— Кхе! – громко произнесла она. – Мне бы не помешала свеча! Нужен свет.

И тут Полукошка повела одним глазом.

Пронзительно-яркий луч света так резко вспыхнул в полной темноте, что Линни пискнула от удивления и прикрыла руками глаза. Но только на один миг – потом она выглянула между пальцами и подивилась внезапному переходу от кромешной тьмы к ослепительному свету, озарившему стены туннеля, и Полукошке с её невероятными, сияющими, лучистыми глазами.

В прожектор превратился серебряный глаз; рядом слабо посверкивал золотой.

Как это возможно, чтобы кошка выпускала из глаза луч света?

Даже в Сморщенных холмах животные не обладали такой способностью. В лесах вокруг Лурки Линни приходилось видеть, как по ночам грибы мерцают красным или оранжевым, как ночные птицы с пламенеющими грудками парят в небе, напоминая россыпь драгоценных камней, как рыба-фонарь летом плавает восьмёркой в ручье. Но в свете кошачьего глаза не было ничего магического. Он был пронзительнее и прохладнее любого сияния, которое можно увидеть в Холмах, и больше напоминал освещение в здании Суда землемеров.

— Так значит, с тобой похимичил тот человек из Мостодома? – спросила Линни кошку, робко прикасаясь к ней выпрямленным пальцем.

Полукошка не уклонилась от ласки.

Наконец Линни снова встала на ноги и осмотрела туннель. Он был намного больше, чем звериная нора наверху, уходил в темноту в обоих направлениях и походил на произведение человеческих рук. Над головой у Линни зияла дыра, через которую, видимо, она упала несколько минут назад, а рядом на земле валялась бедная лурка в своём мешке. Девочка быстро взяла её и оглядела. На боковине инструмента появилось несколько мелких царапин, но в целом он, казалось, перенёс падение даже лучше, чем его создательница. Это радовало. Линни ущипнула пару струн, чтобы приободрить себя, и, забросив лурку на плечо и глубоко вздохнув, начала озираться, оценивая положение.

На первый взгляд оно представлялось не блестящим. Например, Линни не могла найти способа вскарабкаться назад к вершине холма. Даже если выпрямиться в полный рост, она не могла дотянуться до дыры. Придётся попробовать пойти по туннелю в том или ином направлении. Линни немного постояла, глядя сначала в одну сторону, потом в другую, и решила понадеяться на интуицию: один путь вёл назад к подножию холмика, другой – к крутому склону, который спускался к ярмарочной площади.