Книга Тень ворона, страница 104 – Анастасия Дёмина

Он замахал на Радимира, который, хоть и посмотрел на царя с осуждением и сомнением, все же поклонился ему и, подозвав пару дружинников, повел Змея со двора в сторону тюремного хода в подземную темницу под кухней.

Аксинья видела, как Иван открыл рот, но Белояр не дал ему и слова сказать. Не выпуская его запястья, он развернулся лицом ко двору и, вскинув к небу свободную руку, провозгласил:

— Люди добрые, слушайте! За великую отвагу и богатырскую силу, за разгром разбойничьего войска и освобождение нашего славного города Бряжска и всего Беловодья я в награду отдаю Ивану в жены свою дочь Елену!

На мгновение у Аксиньи все поплыло перед глазами. В голове зашумело, как от проливного ливня, барабанящего по крыше, и она не сразу поняла, что перестала дышать. В душе забурлило, заклокотало, но почему слова царя стянули ее сердце железными тисками?

Весь двор притих, пораженный услышанным. Но замешательство продлилось недолго и все вокруг радостно взревели, празднуя достойную награду. Только Иван выглядел растерянным и все пытался что-то сказать Белояру, но тот, не слушая, благостно кивал одобрительным крикам.

Аксинья медленно повернула голову в сторону Елены, не зная, чего ожидать. К ее удивлению, царевна смотрела вовсе не на отца и своего нового суженого, а куда-то в сторону и вверх. Проследив за ее взглядом, Аксинья приметила на крыше крайнего терема одинокого ворона. При виде него в глубине памяти что-то взволновалось, какая-то полузабытая мысль, но она не успела ухватить ее за хвост.

Елена вдруг сорвалась с места, спорхнула по ступенькам крыльца, подбежала к Ивану и, обхватив его правую руку, прижалась к ней и сложила голову на его широкое плечо. Иван оторопело застыл и уставился на нее округлившимися глазами.

Аксинья сама не заметила, как тоже спустилась с крыльца и в растерянности остановилась в десятке шагов от них.

— Иван, мой милый суженый, – заворковала Елена нежным, как переливы соловья, голосом, – мой сильный и умный богатырь, разбивший в одиночку целое разбойничье войско! Скажи мне, что ты намерен делать теперь?

— Э-эм… – озадаченно протянул Иван. От Аксиньи не укрылось, что он смотрел куда угодно, только не на царевну, и старался мягко высвободить руку, но Елена вцепилась в нее мертвой хваткой. – Перво-наперво нужно навести порядок в городе, я считаю, правильно будет собрать народный суд и уже на нем судить предателей среди бояр и чинов.

Его слова дружинники и слуги царского двора встретили одобрительным гулом. Белояр легонько поморщился, но возражать не стал.

— А дальше, – ободренный поддержкой, увереннее продолжил Иван, – распределить их богатства, зерно между всеми, кого они обидели, чтобы все по чести. Будет непросто, Бряжск много потерял за последние два года, но сообща мы накормим всех, кто оголодал, дадим крышу над головой всем, кто ее потерял, даже если придется опустошить казну, и постепенно народ встанет с колен, и Беловодье снова расцветет, я в этом не сомневаюсь.

Двор зашумел в едином воодушевлении от обещанной избавителем картины будущего благоденствия, и даже Белояр, нахмурившийся было при упоминании казны, заулыбался и закивал, сцепив на животе ручки.

Душа Аксиньи тоже запела, присоединяясь к радостному хору. Ее взгляд скользил по знакомым лицам, будто помолодевшим на десяток лет, скинувшим с себя весь мрак и гнет, что принесли с собой змейщики, пока не остановился на Иване, о чем-то со смехом переговаривающемся с братом Павлом и, похоже, даже ненадолго позабывшем о прижавшейся к нему царевне.