Книга Гордость. Вера. Верность, страница 152 – Кирилл Малышев

Едва открыв глаза, он перестраховался и отправил посольство в стан Владимира. Пока – от лица Первого наместника, не государя.В написанном им письме Тимофей рассказал, что Роговолд, подлый захватчик, бежал. Упомянул, как ему жаль, что род Изяславовичей так тяжело пострадал от его рук. Но никуда не деться – государство должно жить дальше. Всем тысячникам за преданность невинно убиенному Владимиру он пообещал награду – места в Думе, а сотникам – богатые дары и дома в Радоградском детинце, где после пожара появилось много свободного места. Так Первый наместник стремился задобрить воинов и склонить их на свою сторону.

— Да я тебя сейчас надвое разорву! – закричал посадник, увидев, как один из рабочих, поскользнувшись, уронил его знамя в грязь. – Ты, олух, знаешь, сколько оно стоит? Если я тебя продам в рабство в Ханатар – то и сотой части не возмещу!

Антон громко расхохотался, глядя, как испуганный мужик побелел от страха и в три погибели согнулся перед его хозяином.

— Я… Прости… – начал было оправдываться он.

Разъярённый Тимофей уже было хотел отвесить незадачливому работнику увесистую затрещину, проучив его, как вдруг над городской стеной раздался пронзительный звук горна. Антон тут же перестал смеяться, а его Тимофей, замерев, остановился в шаге от провинившегося работяги.

Через мгновение горн прозвучал снова. Так же, как и в первый раз, он начался с низких, гудящих нот, напоминающих ворчание приближающейся бури. Затем, словно птица, стремящаяся к небесам, звук резко поднимался вверх, становясь всё выше и выше, чтобы оборваться в самый торжественный момент. Все, кто был на Храмовой площади, тут же бросили свои дела и подняли головы.

— Что это? – озадаченно спросил Антон.

— Это сигнал, – растерянно ответил Тимофей, прислушиваясь. – Так стража обычно приветствует…

Лицо мужчины вдруг изменилось. Рот его приоткрылся, а густые брови медленно поползли вверх. Забыв обо всём, он бегом устремился через весь детинец к внешней городской стене.

— Хозяин! – воскликнул едва успевающий за ним Антон. – Ты куда?

Но посадник не слышал своего подручного. Его тяжёлая меховая шапка упала с головы, однако, он не заметил и этого. Будто вихрь, мужчина пронёсся по площади и, добравшись до лестницы, ведущей на укрепления, быстро поднялся по ней, растолкав несущих службу дозорных.

Подойдя к парапету, Первый наместник вперил напряжённый взор вдаль, в сторону Нижнего пятака. Несколько мгновений он стоял молча, сдвинув брови. Вдруг из его груди вырвался жалобный стон, полный отчаяния.

Антон остановился, не понимая, что происходит. Посадник словно увидел что-то ужасное, что-то, что потрясло его до глубины души. Его руки дрожали, а дыхание стало прерывистым.

Черноволосый подошёл ближе, стараясь понять, что же так сильно взволновало хозяина, и поглядел со стены в том же направлении. Там, отделившись от осадного лагеря, по покрытому разноцветными искрами льду, в направлении Бирюзовых ворот двигалась многолюдная процессия с поднятыми бирюзовыми княжескими знамёнами.

— Что…  – не отводя глаз от вереницы всадников, спросил Антон, – что случилось?

— Всё пропало, – донёсся до него едва слышный ответ.

— Кто это?

— Это Владимир, – тихо пробормотал Тимофей, его голос дрожал. – Роговолд ошибся. Княжич жив.