Книга Малинка и Медведь, страница 26 – Катарина Гросс

-Да.

Ну, вот и доказательство того, что сама по себе я его совсем не интересую. Мне достаточно будет сменить гель для душа, ну или шампунь и я для него стану такой же как все? Да, а ты губу раскатала Алина, думала ему понравился твой богатый внутренний мир? — горько усмехнулась я сама над собой. Естественно, ведь внешностью я точно его покорить не могла, до таких как Оксана мне еще расти и расти, вернее стройнеть и стройнеть — окончательно расстроилась я.

Словно почувствовав перемены в моем настроении, Макс развернул меня к себе лицом и внимательно посмотрел в глаза. Хоть на землю уже давно опустилась ночь, отблеска луны было достаточно, чтобы увидеть его блестящий пронзительный взгляд. Там я увидела столько сожаления и тревоги, искреннего переживания за то, что принес огорчение.

-Не знаю что ты себе там опять напридумывала, только знай, что ты для меня одна единственная на всем свете, — произнес, но увидев мой скептический взгляд добавил. — Верь мне. Ты много обо мне не знаешь, но обещаю, что все расскажу, позже.

Макс приблизился и поцеловал. Вновь был этот голодный поцелуй. Будто годы ожидания сжались в одно мгновение, и теперь он пил мое дыхание и тепло. Его упругие губы впивались, словно он боялся, что если отпустит, то все исчезнет. Он целовал так, будто это было не желание, а необходимость выжить.

От его признания без слов, все последние обиды вылетели из головы и мне уже было все равно чем я привлекла этого нереального человека и что со мной будет после.

Губы горели от его напора, руки на моей талии сжимались сильнее, чем следовало, и я чувствовала, как дрожит в нём что-то дикое, звериное, вырывающееся из него с рычанием.

Сердце колотилось в унисон с его. Именно сейчас осознала, что даже если я для него лишь очередное мимолетное развлечение и возможно это волшебство скоро закончиться, то это ни чего для меня не изменит, потому что еще никогда мне не было так хорошо как здесь и сейчас.

Тело жило своей жизнью, внутри разгорелся настоящий пожар. Пальцы в его волосах притягивали ближе, отвечая с той же жадностью, но в какой-то момент Макс с болезненным усилием отстранился и с тревогой сказал:

-Алина, собери плед и еду, сядь в машину и запрись, — он глубоко вздохнул, как будто ему не хватало воздуха. — Ничего не спрашивай, просто сделай, что я сказал и ни при каких условиях из машины не выходи и никого не бойся, — необычно хриплым голосом дал указания он, а потом резко поднялся и стал стремительно удаляться в темноте.

Совершенно ничего не понимая, оставшись одна ночью, вдалеке от цивилизации и людей, мне пришлось сделать то, что он просили: собрать еду, что была разложена на пледе, свернуть все вещи, забраться на заднее сидение автомобиля и заблокировать двери.

Долго сидела на сидении поджав ноги и не могла понять происходящего. Вывезти на природу, создать романтическую атмосферу, воспламенил желание, заставив потерять голову и бросить одну.

Такое поведение никак не вписывалось ни в один из сценариев, разве что только в сценарий фильма ужасов — подумала я и как оказалась была не так далека от истины.

Так я сидела какое-то время, чего-то ждала, но когда к машине выбежал огромный мохнатый бурый медведь и кинулся в дверное стекло, то мой громкий визг, не смотря на запертые двери, наверное, слышала вся округа. От первобытного страха, что этот медведь сможет с легкостью вскрыть джип и достать меня как сардинку из консервной банки, я начала голосить еще громче. Я отпрянула вглубь салона и, не переставая кричала совсем не оперным голосом с такой силой, что даже волосы на теле встали дыбом.