Книга Тигриный лог, страница 43 – Юлия Чеснокова

Я успела расставить тарелки по всем местам, прежде чем мои питомцы набежали на зов. Взглянув на свою порцию, мастер Хан издали, сидя за своим столиком, взглянул на меня так многозначительно, будто получил валентинку. Отведя взор, я поудобнее утроилась рядом с Шугой. Тот тоже залип на произведение под названием "лотос" из редиса, огурца и капусты.

— У нас что, праздник? — полюбопытствовал он.

— Нет, настроение хорошее, — улыбнулась я, взявшись за пищу. Ви с хирургической сноровкой извлек украшение-цветок палочками, поразглядывав его с минуту, и только тогда принялся есть.

— А ты дизайнер, — хмыкнул Джей-Хоуп, съев без прелюдий мою ручную работу. — На кого собираешься поступать после школы? — я была единственной, кому тут можно было задать такой вопрос. Ни у кого здесь никаких образований, кроме монастырского воспитания, не будет.

— Я хотел пойти в инженерный… или на химика. Но химия мне трудновато даётся. Кстати, из вас никто сегодня до меня сюда не приходил?

— Раньше тебя? — Рэпмон выпучил глаза с насмешкой. — Попробуй меня растолкай хоть на мгновение раньше положенного. Я и так-то просыпаюсь только под душем от холодной воды, а путь от кровати до туда не помню.

— Не, не были, а что? — ответил Шуга за себя и за Ви, в перерыве между кашей и зеленым тонизирующим чаем опять заковырявшим мой цветок. Ну, в смысле не совсем мой цветок… то есть лотос… господи, я недели не живу с этим стадом, а ни мысли не могу подумать о них мимо каких-то межполовых взаимоотношений. Все ассоциации в результате сводятся к тому, что я девочка, а они — мальчики. Это потому что я всегда была некрасивой, никем незамеченной и тут подсознательно отрываюсь в обществе сплошных мужчин без единой конкурентки?

— Да так. Кто-то помыл за меня посуду, — сообщила я. Не Хенсок же? А кому ещё делать поблажки, если не тому, кто знает о моей тайне? О ней ведь никто больше не знает? Лео, но он открестился (хотя открещиваются христиане, а он буддист. Что же он сделал? Отбуддился? Отчакрился? Отасанился? Как всё сложно в этой обители!).

— Барабашка, — с видом постановки диагноза закивал Ви, взявшись за чашку.

— Не иначе! — тихо ахнул Шуга, прикрыв рот ладонью и показно поозиравшись. — Призраки Тигриного лога!

— Да ну вас! — проворчала я, уткнувшись в стол.

— А что, ты разве не знаешь легенду?.. — загадочно пошевелил пальцами мой неугомонный сосед, делая вид, что насылает заклятье в неизвестном направлении.

— Какую ещё легенду? Хватит прикалываться, — я ждала, когда же уже уйдут учителя. Присутствие Хана сковывало до неимоверности, так что я даже не рассматривала никого за соседними столиками.

— Это не прикол, Джей, скажи?

— Да, нам мастер Ли рассказывал, когда мы приехали и знакомились с местностью, — подтвердил тот. — О духах-тиграх, в которых превращаются лучшие монахи-воины, — поведанное более серьёзным наследником ювелирной компании вызвало большее доверие, и я прислушалась. — Если хочешь, спроси у него.

— Расскажи ты, — попросила я, не желая занимать время, хоть и доброго, преподавателя. Они с мастером Ханом как раз прошествовали из столовой. Как приятно, что они едят быстрее молодёжи!

— Знаешь миф о Тангуне? Основателе Древнего Чосона? — я кивнула, как и всякая патриотичная кореянка знающая истоки своего государства. Владыка Неба Хванин отпустил своего сына Хвануна повелевать людьми, и тот снизошёл на землю со своими тремя тысячами приближенных. Но жили в одной пещере медведь и тигр, захотевшие стать людьми и молившие Хвануна превратить их. Тот дал им по ветке полыни и двадцать долек чеснока, велев продержаться на них сто дней, не выходя из пещеры, и тогда их желание исполнится. Тигр на двадцать первый день не выдержал и вышел, оставшись тигром, а медведица была превращена в прекрасную женщину, которая потом родила от Хвануна сына — Тангуна, ставшего первым, якобы историческим, королём*. — Так вот, здесь, на Каясан, есть дальнейшая интерпретация мифа с продолжением**: Тигр, не ставший человеком, ушёл на эту гору. Раскаиваясь в том, что не выдержал, он решил самостоятельно попытаться стать человеком с помощью обрядов, тренировок и учения. И ему удалось достичь этого, и даже большего. Теперь он мог обращаться то человеком, то вновь тигром. Он стал великим и непобедимым воином, но однажды полюбил какую-то красотку, которая испугалась его звериного обличья и попросила никогда больше не становиться животным…