Книга Тигриный лог, страница 46 – Юлия Чеснокова

Переборов страх, подстегнутая сравнением с девчонкой — оскорбление, честное слово! — я собрала силы в руку и замахнулась на Чонгука, ударив. Он увернулся и я, потеряв равновесие, пролетела дальше. Размах был взят сильнее нужного… Время было отпущено на то, чтобы мы самостоятельно испытывали этот хук.

— Быстрее и мощнее! — посоветовал Чонгук, приманивая меня призывающим жестом соперника. — Не смотри туда, куда собираешься бить. Смотри мне в глаза, иначе удар предсказуем. Ты такой медлительный, что и так ясно, куда ты ударишь и можно покурить, пока придётся отбиваться.

Разозлившись, я налетела на него вновь. Легко вильнув в бок, Чонгук перехватил мою руку и, вывернув за спину, положил меня на своё колено, придавив вывернутую руку между ним и спиной. Было больно, но я сжала зубы. Парень навис сверху, ухмыльнувшись.

— Либо начинай драться, либо иди в пару к другому, — но мне было не до драки. От его дыхания повеяло мятой и мне чуть не стало дурно. Нет, нет, нет! Они не могут все так пахнуть! Не могут! В чем подвох? Почему? Я ведь не готовлю им ничего мятного… почему?! Я смотрела в глаза Чонгука с безнадежностью окончательно проигравшего, но он, иронизируя над моим поверженным видом, понятия не имел, что в моей голове.

Примечание к части * описан реальный корейский миф о происхождении Древнего Чосона, а не выдумка автора

** а далее уже сугубо авторская выдумка

Ещё пять попыток ударить Чонгука закончились безрезультатно, а уже пора было оттачивать следующий хук. Мастер Хан крикнул мне, чтобы я перешла к Яно. И теперь нападать должны были на меня. Тихо попросив юношу не слишком усердствовать, я была им понята, но всё равно едва уворачивалась от атак. Открытие, сделанное в борьбе с Чонгуком, всё ещё не давало покоя. А если все парни рано или поздно пропахнут этой мятой, есть ли у меня шанс узнать о герое темной ночи как-либо иначе, кроме как спросив напрямую? После Яно, по велению учителя, я перешла к Атому, и так, с каждым новым маневром, я перебиралась по всем по очереди (эх, пошла по рукам бывшая приличная девчонка!), кроме лучших бойцов — Чимина и Сандо, дравшихся исключительно друг с другом, и Пигуна с Джей-Хоупом, достаточно подготовленных, чтобы размениваться на такого детсадовца, как я. В результате мне даже удалось вдарить Шуге, не то несерьёзно дерущемуся, не то намеренно подыгравшему, чтобы валяться на земле, хоть я и била не с той силой, которая лишила бы его равновесия. Когда на меня набросился Ходжун, то смогла увернуться я, не приложив особого труда. Без очков он чувствовал себя неуверенно и бил абы как, так что я понимала, насколько ему стыдно и неприятно должно быть приходится. С другими ребятами ведь он мигом окажется вечно побеждаемым, а со мной так… просто бессмысленная возня.

В конце концов, передо мной предстал Джеро, и я обомлела. Я была в стойке защищающегося — её я успела освоить за смену дюжины партнеров, и этот прекрасный высокий монах должен был попробовать меня ударить. Вообще-то он тоже был из тех, кто занимался тхэквондо или айкидо, или каратэ до Тигриного лога, но ему не нашлось достойного соперника, и я попала под расклад для испытания "истинного умения". Что ж, издалека смотреть на объект интереса приятно, но не так, как очутиться прямо напротив и заслужить его взгляд, направленный исключительно на меня. Пришла пора высокого хука, и он должен замахнуться мне в челюсть. Памятуя о совете Чонгука, я смотрела в глаза противнику, чтобы не быть предсказуемой. Да и в целом невозможно было туда не смотреть — очень уж они мне нравились, как и их обладатель. И вот, ответственный момент… Всё, что я помню потом — это голубое небо надо мной. Не знаю, засмотрелась я так глупо на этого красавца или этот красавец был настолько ловок, но я поняла, что удар достиг цели по ноющему ощущению на челюсти. Над моей головой первым наклонился Шуга. За ним тут же возник Чимин. Оба почти одновременно спросили "ты в порядке?". Третьим возник мастер Хан.