Книга Карл Любезный, страница 161 – Владимир Москалев

— Скажите королю, что я жду его. Пусть приходит. Я хочу его видеть; пусть и он увидит меня.

— Это все, ваша светлость?

— Прощайте, герцог, — бросила она в его сторону колкий взгляд и отвернулась, сомкнув губы.

Эти последние слова, адресованные Людовику Орлеанскому, закрыли все то, что было когда-то между ними, на замок, ключ от которого она швырнула в реку.

Опустив голову, повернувшись, герцог стремительно вышел.

И ни один из них не мог и подумать тогда, что спустя несколько лет ключ этот найдется и откроет замок…

На следующий день Карл в сопровождении отряда солдат и своих приближенных направился в замок. Пройдя в башню, он поднялся по винтовой лестнице и остановился у покоев герцогини. Сердце его сильно билось. Он никак не решался войти.

— Этьен, — повернулся он к своей свите, — хочешь, идем со мной. Ведь мы с ней никогда не видели друг друга. Что я ей скажу?

— Поздоровайтесь, сир, вот и все, — ответил верный фаворит.

— А дальше?

— А дальше глядите на нее, не отрываясь. Будь я проклят, если после этого она будет и дальше хранить молчание. Даже Валаамова ослица заговорила. Надеюсь, однако, для этого вы не станете избивать будущую супругу.

— Не забудьте оценить ее грудь, сир, — какова она? — напутствовал справа Рибейрак. — Но не слишком-то пожирайте глазами, если она у нее большая; клянусь кисточкой хвоста Вельзевула, смутившись, она, вероятно, не произнесет и двух слов, да и те вам трудно будет разобрать. Помните, она еще девица, в ее постели побывала всего лишь чья-то волосатая нога, но не больше.

— Не вздумай сказать этих слов после бракосочетания, Филипп, — предостерег Этьен. — Король прикажет тебя выпороть.

Вздохнув, Карл вошел.

Предупрежденная о визите, бретонская принцесса стояла у окна и смотрела на гостя.

И сразу же, едва войдя, Карл уперся глазами в грудь юной герцогини, хотя только что совсем не думал об этом. Анна удивилась: ему бы начать разговор, а он пялится на нее не мигая, будто никогда не видел подобных ей девиц.

Карлу будущая супруга, надо сказать, понравилась: средней упитанности, весьма миловидна, розовый цвет лица с маленьким острым носиком, припухлыми губами, тонкими бровями двумя черными дугами и глазами цвета спелого каштана. Одна нога у нее короче другой, Карлу сказали об этом; скрывая врожденную хромоту, «герцогиня в сабо» носила туфли на каблуках разной высоты, испытывая при этом дискомфорт в пятке «неудавшейся» ноги. Карл посмотрел вниз; но разве увидишь что-нибудь при такой длине платья? И подумал: при высокой подошве хромота не должна быть заметна. И рост у нее, как и у него, небольшой.

Теперь надо было что-то сказать: он король и должен начать первым.

— Я рад приветствовать вас, мадемуазель, и я пришел сказать вам, что вы… чтобы вы…

Карл смутился. Черт возьми, это совсем не то. Рибейрак учил его: для того чтобы нагреть комнату, надо сперва затопить камин. Словом, вначале следовало сказать, что ее дивный образ часто представлялся ему в мечтах, что ее глаза подобно двум карбункулам излучают… (забыл, что именно), что ее коралловые губы так и манят к себе, чтобы окунуться… вот черт, куда же окунуться?.. Эх, Рибейрака бы сюда!

Вид же будущего супруга совсем не вселил в Анну расположения к нему, вызвав, напротив, одно лишь разочарование и невольно дав команду губам презрительно скривиться. Перед ней стоял совсем некрасивый молодой человек ниже среднего роста, с пухлыми губами, толстым горбатым носом и черными, навыкате, глазами. Он казался настоящим увальнем, тем не менее был спортивен, прекрасно держался в седле и до безумия любил охоту. Кроме того, он хорошо играл в шахматы, увлекался римской историей, житиями святых, романами, живописью, знал латынь и итальянский язык, словом, был достаточно образованным в отличие от многих французских властителей того времени.