Книга Карл Любезный, страница 208 – Владимир Москалев

И Луиза, чувствуя, как кровь отливает с лица, несмело подошла и остановилась в нескольких шагах, присев в глубоком реверансе и опустив глаза.

— Подойди ближе, — попросила Анна. — Еще ближе. Вот так. А теперь садись рядом со мной, на этот диван. Ну, что же ты? Смелее! Негоже моей родной сестре стоять передо мной, точно она моя фрейлина или камеристка.

Луизе показалось, что она ослышалась. Она подошла, но садиться рядом с герцогиней не решилась, хотя у нее и подкашивались нога.

— Прошу прощения, мадам, но вы обмолвились, — пролепетала она, не понимая, отчего на лицах у всех присутствующих играют улыбки. Наверное, они хотят посмеяться над ней, бедной дочерью булочника с улицы дю Ратьер. Им можно. Им все можно, ведь она для них всего лишь игрушка. Да, но Этьен?..

— Нет, я не обмолвилась, — проговорила герцогиня де Бурбон.

Луиза широко раскрыла глаза, захлопав ресницами.

— Но ведь вы сказали, что я ваша сестра, а ведь я… я же… О, мадам, зачем вы смеетесь надо мной? Я всего лишь простая горожанка.

— И ты дочь булочника мэтра Ришара и его супруги Ангелики Лесер, не так ли? — молвила Анна, вставая и беря девушку за руки. — И, конечно же, ты не раз задавалась вопросом: «отчего это регентше вздумалось приблизить меня к себе, сделав фрейлиной?»

— Да, мадам, и я до сих пор теряюсь в догадках.

— Я потому и позвала тебя, чтобы отныне ты в них не терялась. А теперь я скажу тебе то, что давно уже хотела сказать. Дело касается тайны твоего рождения.

— Тайны?..

— Твой отец — не мэтр Ришар, а твоя мать — не его супруга Ангелика. Ты дочь других родителей. Видишь, я встала и держу тебя за руки. Знаешь, зачем я это сделала? Дабы ты не свалилась на пол, услышав то, что я тебе сейчас скажу. Знай же, Луиза, твой отец, твой настоящий отец — король Франции Людовик Одиннадцатый, а мать — королева Шарлотта Савойская. Ты моя родная сестра, и ты наследная принцесса царствующего дома Валуа… Боже мой! Этьен, Филипп, да помогите же мне удержать ее на ногах! Давайте усадим ее на диван. Говорила ведь ей… И принесите воды.

Немного погодя, уже сидя на диване со спинкой, Луиза пришла в чувство. Рибейрак, увидев, как она открыла глаза, тотчас встал на колени и припал долгим поцелуем к ее руке:

— Слава богу, вашему высочеству стало лучше. Шевалье де Рибейрак всегда к вашим услугам, графиня де Фонтене, знайте это. Клянусь всеми котлами преисподней, милее принцессы мне встречать не доводилось, исключая, впрочем, вашу родную сестру. Этьен, друг мой, мадам Луиза де Фонтене, должно быть, теперь и глядеть не соизволит в твою сторону, ведь ее руки станут домогаться сиятельные герцоги и графы…

Он не договорил. Луиза кинулась в объятия к возлюбленному и с криком: «Этьен!» забилась в рыданиях у него на груди.

— Вот видишь, — сказал он ей, — ты всегда боялась, что тебе не подняться до меня, а теперь, выходит, не подняться мне. Станет ли сиятельная графиня де Фонтене с этого дня называть бедного дворянина из Клермона своим возлюбленным?

— Нет! Нет! — вся в слезах, закричала Луиза, обнимая Этьена за шею. — Я люблю тебя, и не надо мне никаких титулов, если они помешают мне любить тебя и стать твоей женой!

— Они не помешают, сестра моя, — молвила Анна. — Ты вольна выйти замуж за своего избранника, ведь он сэр Этьен в Англии, владелец замка, а во Франции — барон де Донзак. Помилуй, бывало, и короли женились на простых дворянках, а порою брали в жены служанок.