Книга Лорна Дун, страница 328 – Ричард Додридж Блэкмор

— Я так и думал, но вы же при этом не присутствовали, так что вашей вины в том нет.

— Конечно, Джон, — подхватил старик. — Более того, будь я тогда с ними, ничего плохого бы не произошло. Я ведь всегда был против насилия. Поэтому позволь мне сейчас уйти. То, что происходит в долине, противно моей натуре.

— Конечно, господин Советник, но только после того как вы выполните второе условие. Пожалуйста, верните мне бриллиантовое ожерелье леди Лорны.

— Молодой человек, — вздохнул старик. — Сколько раз я мечтал об этом. Ведь я искренне хотел, чтобы оно принадлежало вам, и тогда бы я искупил хоть часть своей вины, отдав его назад добровольно.

— Так что же вам мешает сделать это сейчас? Отдайте бриллианты и я, так и быть, прощу вас.

— Увы, Джон, желание еще не есть возможность. К сожалению, у меня нет того, что ты просишь. Ожерелье забрал мой сын Карвер, который так подло расправился с твоим отцом. Да и что для меня значат все эти камушки? Мне уже слишком много лет, чтобы дорожить подобными безделушками. Я презираю их, поскольку именно из-за этого ожерелья я сам так низко пал. Когда тебе будет столько же лет, сколько мне, сэр Джон, ты поймешь, что все бриллианты мира — сущий пустяк по сравнению с чистотой совести. Увы! Но теперь мне пора идти. Я буду молиться за тебя, сэр Джон.

Он выглядел таким гордым и величественным, луна освещала его благородные седины, и я почти поверил ему, но в эту минуту Советник словно сгорбился, прижимая руки в груди. Я же давно заметил, что человек, у которого ничего не осталось, кроме слов, как бы расправляет грудь, словно его распирают собственные слова признания. Старик же, напротив, весь сжался, словно прятал что-то от меня и старался побыстрее улизнуть.

— Я уверен, что вы будете молиться за меня всем сердцем, — сурово произнес я, снова схватив его за руку. — Более того, мне кажется, что Господь вас слышит, ибо рядом с сердцем и скрывается именно то, что вы всегда так страстно желали мне отдать.

Извинившись за грубые меры, к которым старик меня сам вынудил прибегнуть, я сунул руку в его нагрудный карман и извлек оттуда бриллиантовое ожерелье Лорны, заигравшее в лунном свете всеми цветами радуги, словно маленькое созвездие на моей ладони. Старик выхватил нож и хотел ударить меня, но я встряхнул его так, что господин Советник тут же его выронил, а сам грохнулся передо мной на колени, простирая руки кверху.

— Ради всего святого, Джон, не отнимай у меня это сокровище. Эти камни принадлежат мне, я отдам за них даже свою жизнь. Там есть один бриллиант, и я могу смотреть на него часами. Мне кажется, что я вижу при этом все райские огни сразу. Где мне еще удастся созерцать такую красоту? Джон, пожалей меня, старого глупого лицемера, делай со мной, что хочешь, но только отдай назад ожерелье. Или убей меня сразу — мне без него не жить. Джон, я кажусь тебе ребенком, но я сейчас полностью в твоей власти. Верни мне эти камни.

Он запрокинул голову, и его седые волосы, откинутые назад, напоминали серебристый ореол. По выражению его лица я понял, что сейчас старик говорит правду, и только удивлялся, насколько противоречивым оказался этот человек. Я чуть было не сжалился и не отдал ему ожерелье. Но я вовремя спохватился, и поскольку честность является одной из добродетелей Ридов, ответил ему так: