Книга Невеста из империи Зла, страница 69 – Эльвира Барякина

— Ладно, танцы отпадают… — сдался Алекс. — Тогда что? Может, подарить что-нибудь?

— Не примет, — убежденно сказал Жека. — Хотя… Знаешь, от некоторых вещей женщины просто не в силах отказаться. Подари ей красивый лифчик!

— Можно подумать, его она возьмет!

— Тогда туфли-лодочки. Хотя нет… Лодочки — это как-то мелковато. Вот если бы туфли-линкоры… О, придумал! Подари ей зимние сапоги!

— Сапоги — это глупо!

— Это очень умно, практично и расчетливо! — горячо возразил Жека.

— У меня нет ее размера.

— Тридцать седьмой с половиной.

— Откуда ты знаешь?

— Да здесь все знают размеры своих друзей и родственников. Вдруг что в магазины выбросят — так купишь сразу на всех. Верь мне! Зимние сапоги будут напоминать о тебе долгие годы!

Алекс прикинул себя с обувной коробкой, перевязанной подарочным бантиком, и ему заранее стало смешно.

— Если Марика не примет от меня сапоги, то ты будешь нести ответственность за ложную информацию, — сказал он Пряницкому.

— Да я их у тебя даже перекуплю! — заверил его Жека. — Но при условии, что они будут из валютного магазина «Березка». Женщине нашей мечты нужны импортные сапоги, а не совпаршив!

— Договорились.

Ночью Алекс долго лежал без сна и все придумывал, что бы он подарил Марике, если бы они были в Калифорнии.

«Я превращаюсь в мелкого взяточника, — усмехался он про себя. — Пытаюсь с помощью подарков помириться с девушкой».

Но ему все равно нравилось размышлять на эту тему. Он знал уйму всевозможных маленьких магазинчиков, где ей без сомнения бы понравилось. Например, можно было бы заглянуть на старинные улочки Пасадены или в антикварные лавки Оранджа. Всякие фарфоровые статуэтки, старинные веера, китайские чайнички и бамбуковые занавеси… Марика была бы в восторге от всех этих безделушек.

А еще можно было бы отвезти ее в Лас-Вегас и с улыбкой смотреть, как она бегает от отеля к отелю, глазея на чудеса этого города-праздника.

А еще — свозить ее в горы. Там самые высокие в мире сосны, белое от звезд небо и песок, кажущийся золотым из-за миллиардов крупиц слюды.

Анжелика так разозлилась на папу за то, что он утащил ее с заседания клуба, что не разговаривала с ним два дня. Правда, папа этого не заметил. Целую неделю после случившегося он бегал по квартире, потрясал кулаками и ругал империалистических провокаторов. Мама ворчала, Анжелика дулась и думала о своем.

Другие могли говорить все что угодно, но ей Алекс Уилльямс понравился! Она все заседание разглядывала его: длинные волосы, импортная куртка, в глазах — лукавость. Особенно это замечалось в правом, чуть-чуть прищуренном глазе.

Все эти дни Анжелика мучилась вопросом: интересно, а что Алекс подумал о ней? Ведь он сразу выделил ее из толпы одноклассников и подмигнул. Но выяснить все наверняка у нее не было никакой возможности: пионервожатую Лену уволили из школы, а кроме нее, никто не знал, где искать Алекса.

В пятницу после уроков Роза позвала Анжелику за трансформаторную будку, где они обычно прятались от учителей, чтобы выкурить сигаретку-другую.

— Слушай! Мне сегодня такое рассказали! — прошептала Роза, вытаскивая из кармана початую пачку «Родопи». — Это самое верное средство для того, чтобы в тебя кто-нибудь влюбился.

— Какое? — мгновенно загорелась Анжелика.

— Нужно написать на сигарете: имя девочки плюс имя мальчика равно сохни, сохни, сохни. И после этого выкурить ее до фильтра.