Книга Прелестная наездница, страница 44 – Валери Боумен

— Благодарю вас, милорд, — отозвалась леди Теодора и, окинув его взглядом с головы до ног, добавила:

— Вы тоже.

Эван, в свою очередь, этим вечером уделил немало времени своей внешности: камердинер достал самый лучший его черный вечерний костюм, белую манишку и жилет цвета сапфира. Чистые волосы, слегка напомаженные, были зачесаны назад, открывая высокий лоб.

Эван поклонился леди Теодоре.

— Очень рад, миледи, что вы согласились пообедать со мной на сей раз здесь, в столовой.

— Нет, это я должна вас благодарить, — возразила Теодора. — Просто чудесно чувствовать себя нормальным человеком.

Эван рассмеялся.

— Это я вполне могу понять. Вы позволите? — Он указал на стол, уже накрытый слугами к обеду.

— Да, пожалуйста, — одарила его улыбкой Тея.

Эван как можно ближе подвез кресло к столу и повернул так, чтобы ее ноги оказались по правую сторону.

— Я передвинул свой прибор поближе к вашему. Надеюсь, вы не против?

Теодора окинула взглядом стол: тарелки, столовые приборы виконта и бокал для вина стояли слева от ее, и сказала с улыбкой:

— Так гораздо удобнее: не придется повышать голос, чтобы слышать друг друга.

— Вот и я так подумал. К чему нам придерживаться формальностей? — усмехнулся Эван. — Мы и так оказались в довольно странном положении.

— Вы совершенно правы, — подтвердила Теодора.

Лакеи поставили на стол первое блюдо — суп из артишоков, — наполнили их тарелки и налили в бокалы вина.

Теодора кашлянула, прочищая горло.

— Вы уже… закончили свои дела с поверенным, милорд?

Эван взял ложку.

— Да, хотя не могу сказать, что это увлекательнее, чем обучение вождению на кресле-каталке. А как насчет вас? Чем вы занимались оставшееся после занятия время?

— Немножко подремала, а проснулась с болью в руках. — Тея поморщилась и потерла плечи. Потом дошила пеньюар.

Эван удивился:

— Вы? Пеньюар?

Теодора кивнула и, сделав глоток вина, объяснила:

— Да, для Розали. Она же одолжила мне свой.

Эван не верил своим ушам.

— Для Розали? Горничной?

— Ну да. Она оказала мне любезность, и я подумала, что будет правильным подарить ей взамен новый. Мэгги привезла мне из дома прелестный белый шелк.

Эван несколько секунд в упор смотрел на нее, пока не сообразил, что это неприлично, потом пробормотал:

— Ну да, конечно… очень мило с вашей стороны.

Теодора пожала плечами.

— Ну, она же выручила меня. И уж если мы заговорили о взаимных услугах, как вас отблагодарить за кресло, милорд? Это было так неожиданно и вовсе не обязательно.

Эван покачал головой и пригубил вина.

— Прошу вас, не упоминайте больше о благодарности: это меньшее, что я мог для вас сделать.

Теодора отправила в рот ложку супа и поинтересовалась:

— Вы упомянули, что в этом кресле можно передвигаться даже по дому и по территории. Значит ли это, что мне позволено выходить за пределы дома, милорд?

Эван задумался, прежде чем ответить.

— Думаю, да. Главное — предупредить, куда бы вы хотели отправиться, чтобы слуги, которые не знают о вашем пребывании здесь, там не появлялись.

Она чуть подалась вперед, не отрывая от него взгляда:

— И что, нет ни одного запретного места?

Эван нахмурился.

— Если вы о конюшне, я, безусловно, могу помочь вам добраться туда. Вероятно, придется предупредить кое-кого из конюхов, что вы туда отправитесь, а значит, посвятить в вашу тайну больше людей, но если вас это не смущает…