Онлайн книга «Лучшая принцесса своего времени»
|
Последние слова Клод де Наны объяснялись тем, что Екатерина Медичи страстно желала обручить дона Карлоса со своей семилетней дочерью Маргаритой де Валуа. Хотя со стороны Португалии ей уже поступило подобное предложение, королева-мать отдавала предпочтение наследнику короля Испании. Не прошло и двух месяцев после приезда Елизаветы в Испанию, как Екатерина принялась досаждать ей своими просьбами по этому вопросу, что, в конце концов, вызвало возмущение у её кроткой дочери. 11 августа Елизавета достигла, наконец, половой зрелости. Узнав, что у королевы начались «эти дела», дамы наперебой принялись поздравлять её, чем весьма смутили Елизавету. Через три дня король пришёл к ней в спальню. Наутро фрейлины, притворно краснея, шептали друг другу на ушко, что близость с мужем далась нелегко неопытной юной королеве. О том же в деликатных выражениях поведал королеве-матери и епископ Лиможа: — Конституция короля причиняет огромную боль королеве, которая с большим мужеством терпит это. Вскоре до французского двора дошли слухи о внезапном недомогании Елизаветы, которая, как надеялись, должна была сделать Филиппа отцом. Однако следующий курьер принёс известие о выздоровлении королевы, и что врачи ошиблись в характере её болезни (возможно, у неё произошёл выкидыш на раннем сроке). В конце августа Елизавета сообщила матери: — Король, мой господин, здоров; он собирается послать к Вам приора дона Антонио по какому-то делу, о котором Вам расскажет посол. Король очень благоволит к приору, его также высоко ценят при этом дворе, и здесь к нему относятся с почестями, подобающими вельможе. Я также в долгу перед ним за оказанные услуги, и поэтому прошу Вас, мадам, оказать ему любезный приём, поскольку это побудит его принести мне ещё большую пользу. Он брат графа де Альбы, моего мажордома, который также очень достойный человек. Екатерина ответила на рекомендацию дочери так: — Что касается того, что Вы сообщили мне, мадам, что Ваш муж собирается послать к нам дона Антонио де Толедо, к которому он проявляет большое уважение, то будьте уверены, что король, Ваш брат, и я с радостью примем его. Прошу Вас, дочь моя, передать также Вашему мужу, что ничто не может доставить нам большего удовольствия, чем увидеть и поговорить с человеком, которому он так доверяет. Поэтому мы окажем ему надлежащий приём, чтобы у него были все основания быть довольным. Франциск II и герцог де Гиз также приветствовали обещанное прибытие дона Антонио, надеясь на поддержку католического короля. Приор Леона приехал в Париж примерно в середине сентября 1560 года. Нестабильная ситуация во Франции и большая вероятность нового восстания гугенотов вызвали у Филиппа такое беспокойство, что перед отправкой своего посланника он послал спросить, к зависти всего двора, мнение герцога Альбы о положении дел в соседнем королевстве: — Какой совет, на Ваш взгляд, нам следовало бы дать королю Франциску? Оказалось, что мнение герцога полностью совпадало с настроениями самого короля: — Не идти ни на какие уступки еретикам и подавить мятеж огнём и мечом! Передав Франциску II мнение своего господина, приор в конце своей речи заверил его: — Ваше Величество может рассчитывать на помощь Вашего королевского брата в подавлении любого вооружённого выступления против Вашей власти! |