Онлайн книга «Весна братьев Медичи»
|
В отличие от Лукреции Торнабуони, у Клариче Орсини было гораздо меньше влияния в семье Медичи. Её не любили ни флорентийцы, ни сам Лоренцо. Это был династический союз, как и брак его родителей. Музами Великолепного и его брата были другие женщины. В честь них они сочиняли стихи и устраивали рыцарские турниры. Ради них превратили город в «царство муз и искусств», где царили, на первый взгляд, только праздность и развлечения. Именно образы этих прекрасных дам в виде мадонн и античных богинь присутствуют на картинах флорентийских живописцев Пьеро ди Козимо, Доменико Гирландайо, Сандро Боттичелли. Холодное бесстрастие, которое Клариче считала необходимым проявлять на людях, сдержанная, но почти надменная улыбка не могли привлечь к ней сердца людей, как привлекали импульсивность и отзывчивость Лукреции Торнабуони или гармоничная красота Симонетты Веспуччи. Со временем Клариче всё больше отдалялась от мужа, хотя их семейные неурядицы напоказ никогда не выставлялись. Оба прилагали немалые усилия к тому, чтобы казаться обычной семейной парой, и, как нередко случается, в непродолжительном времени видимость стала едва ли не сущностью. За 19 лет супружеской жизни у них родилось десять детей: Лукреция, Пьеро (будущий правитель Флоренции), Маддалена, Джованни (будущий папа Лев X), Луиза, Контессина, Джулиано (будущий герцог Немурский), ещё одна Контессина и две пары близнецов. Близнецы и первая Контессина умерли в младенчестве, а Луиза – в 11 лет, остальные же дожили до зрелого возраста. Лоренцо обожал своих детей и охотно с ними возился, как с лёгким неодобрением сообщает нам Макиавелли: — Он любил… детские забавы более, чем это, казалось бы, подобало такому человеку: его не раз видели участником игр его сыновей и дочерей. Лоренцо часто расставался с женой, но в переписке они выдерживали вполне непринуждённый тон. — Если у Вас есть какие-нибудь новости, не являющиеся государственной тайной, – писала мужу Клариче, – сделайте милость, поделитесь. Это всем нам будет интересно. — Я прибыл целым и невредимым, – заверял, в свой черёд, её Лоренцо. – Я думаю, это обрадует тебя больше, чем любая другая новость, кроме новости о моём возвращении, судя по моей собственной тоске по тебе и по дому. Надеюсь, ты составишь хорошую компанию Пьеро, моне Контессине (его бабушке) и моне Лукреции (его матери). Молись Богу за меня, и если тебе что-нибудь понадобится отсюда (из Милана), прежде чем я уеду, дай мне знать. При этом Клариче часто ворчала на друзей мужа, которым казалась скучной и которые за глаза отзывались о ней весьма пренебрежительно. Став главой не только семьи, но и Флоренции, Лоренцо куда меньше времени уделял приятелям, с которыми совсем недавно беспокоил округу. Они прекрасно понимали, что государственные дела теперь отнимают у Медичи львиную долю времени, но проще объяснить всё наличием супруги. Всё своё время она посвящала домашним заботам и церкви и была по-прежнему очень привязана к своим родителям, могущественным Орсини. В мае – июне 1472 года Клариче гостила у них в Риме и оказалась свидетельницей необычайного события: заочного бракосочетания в Ватикане Великого князя Московского Ивана III с византийской принцессой Зоей Палеолог. Клариче сопровождал поэт Луиджи Пульчи. Чтобы позабавить Лоренцо, остававшегося во Флоренции, он сочинил шутовской отчёт о визите к будущей великой княгине: |