Онлайн книга «Весна братьев Медичи»
|
Поиски прибыли были путеводной нитью политики в Италии. С изменением интересов менялись и политические союзы. 22 июня 1473 года во Флоренции торжественно встретили Элеонору Арагонскую, старшую дочь короля Ферранте, которая направлялась к своему жениху в Феррару (после расторжения брачного контракта со Сфорца Марией). Лоренцо общался с ней уже как со старой знакомой, так как видел её в Неаполе в окружении Ипполиты Марии. Своим очарованием и добротой принцесса напоминала своего младшего брата Федерико, и была очень расположена к Медичи. Флорентийцы радостно приветствовали её, когда Элеонора, одетая в чёрный бархат с «бесчисленным количеством жемчуга и драгоценных камней», проехала через Римские ворота, через Понте Веккьо и поднялась во Дворец Синьории, где выслушала обращение собравшихся приоров, прежде чем отправиться во дворец Медичи на банкет. На следующий день за маскарадом и блестящей процессией последовал фейерверк; а 24 июня на Прато, лугу, простиравшемся до берегов Арно, состоялся праздник шампанского, где гости ели клубнику, гуляли по зелёной траве у кромки воды и танцевали в саду. Незадолго до того во Флоренцию также приезжал жених Элеоноры, Эрколе I д’Эсте, чтобы позаимствовать у Лоренцо трактат Альберти об архитектуре. Герцог собирался перестроить дворец своих предков, дабы тот мог соответствовать королевскому рангу его будущей супруги. Эти два визита заложили основу будущего союза Флоренции с Феррарой. После неудачи со сватовством в Венеции Лоренцо предложил брату жениться на девушке из семьи Борромео – наследнице богатых флорентийских купцов, но тут Джулиано схитрил: — Сами Вы, братец, заключил брак с девушкой из древнего и знатного рода. А мне подсовываете купеческую дочку? В результате на Беатриче Борромео женился Джованни Пацци. Однако Великолепный не мог смириться с тем, что такая куча денег достанется его конкурентам (каковыми он считал Пацци). Поэтому, воспользовавшись тем, что отец девушки не оставил завещание, решил отобрать у Пацци наследство жены. Он провёл закон, по которому при отсутствии завещания всё имущество переходило ближайшему родственнику мужского пола. В 1474 году этот закон был признан имеющим обратную силу. Наследство досталось Карло, племяннику Борромео и стороннику Медичи. Ни с точки зрения справедливости, ни согласно нормам права это решение не было безупречным. Джулиано Медичи даже выразил по этому поводу своё возмущение брату: — Можно всё потерять, когда желаешь приобрести слишком много! Но Лоренцо и не думал раскаиваться. Вместо этого он предложил Джулиано новую невесту – внучатую племянницу самого папы. К счастью для его брата, Сикст IV дал понять, что не собирается родниться с Медичи. Сразу же после избрания он решил окружить себя близкими родственниками, а курию составить из соотечественников- генуэзцев. Папа, несомненно, не доверял Медичи, хотя поначалу и не враждовал с ними: как известно, он помог Лоренцо подавить восстание в Вольтерре. Правда, он сделал это ради сохранения монополии на квасцы. Зато у Святого престола установились тёплые отношения с Неаполитанским королевством. Племянника папы по имени Леонардо, получившего пост префекта города Рима, женили на незаконной дочери короля, в приданое за которой дали город Сора. Взамен святой отец освободил Ферранте I от дани, которую тот должен был выплачивать Риму за своё королевство. Когда его дочь Элеонора Арагонская проезжала через Рим, праздники в её честь длились несколько дней. Кардинал Риарио закатил у себя во дворце такой щедрый пир, что гости, насытившись изысканными яствами, стали кидать их из окна толпе, собравшейся на площади. После этого Пьетро Риарио, которого дядя назначил патриархом Константинопольским, архиепископом Флорентийским и папским легатом всей Италии, отправился в путешествие. Он посетил Флоренцию, Болонью, Феррару, Милан и Венецию. Странная привычка нового архиепископа дарить своим любовницам золотые ночные горшки стала притчей во языцех. Повсюду он желал вкусить наслаждений. Это его и сгубило. Пьетро Риарио умер 5 января 1474 года, двадцати восьми лет от роду, как говорили, от венерической болезни, которой заразился в Венеции. |