Книга Примадонны Ренессанса, страница 59 – Ева Арк

Таким образом, была сформирована новая Лига между Максимилианом, герцогом Миланским, папой римским, королем Испании и Венецианской республикой. Затем Лодовико и Беатриче вернулись в Милан, где 10 августа с пышностью отпраздновали праздник «святого славного мученика Лаврентия», а затем удалились в Виджевано, чтобы подготовиться к скорому возвращению императора. Венецианский дипломат Марино Сануто утверждал, что Максимилиан снова перебрался через горы только из-за того, чтобы увидеть Беатриче. В конце месяца он прибыл на герцогскую виллу в Меде, недалеко от Комо, а 2 сентября Лодовико проводил его к своей жене в Виджевано. Здесь император оставался в течение следующих трёх недель, наслаждаясь красотами любимого летнего дворца Моро. Максимилиан первоначально намеревался посетить Милан, но в последний момент от этой идеи отказался, по всей вероятности, из-за своей неприязни к помпезным торжествам. Если очарование Беатриче пленило императора при их первой встрече, то он нашёл её в тысячу раз более очаровательной в её прекрасном загородном доме с детьми на руках. Он проявлял большой интерес к обоим её сыновьям и просил, чтобы старший из них, Эрколе, принял имя Максимилиан, под которым тот и стал известен в будущем.

Венецианская Синьория решила отправить двух специальных послов, чтобы поздравить императора с его прибытием в Италию. 14 сентября 1496 года эти посланники, Антонио Гримани и Марко Морозини, прибыли в Милан, где их разметили в Палаццо дель Верме (там жили Чечилия Галлерани и её муж граф Лодовико Бергамини), украшенном фресками и отделанном мрамором за счёт герцога. Рано утром послы отправились на лодке в Аббьятеграссо мимо прекрасных вилл и садов по берегам Тичино. Там их встретил посланник Фоскари, который уже находился при императоре, и повёз в Виджевано. Было уже темно, когда послы добрались до замка Висконти-Сфорца, но сам Лодовико выехал, чтобы приветствовать их, и проводить до апартаментов во дворце своего зятя графа ди Сансеверино. Внебрачная дочь герцога, Бьянка Джованна Сфорца, которую Галеаццо привёз домой несколько недель назад, приняла гостей и приветствовала их от имени своего доблестного мужа, который лежал с приступом лихорадки и был  не в состоянии покинуть свою спальню.

На следующий день император дал послам аудиенцию. Максимилиан, которого член свиты Фоскари описал как красивого мужчину тридцати семи лет, с длинными седеющими волосами и безупречными манерами, принял их наверху парадной лестницы, на втором этаже замка. Как обычно, он был одет в чёрное, дав обет не носить никаких других цветов,  пока не одержит победу над турками. Его единственным украшением была золотая цепь с орденом Золотого руна. Император сидел на возвышении, задрапированном золотой тканью, с герцогом Миланским по правую руку и кардиналом Санта-Кроче по левую. Там присутствовали также послы Неаполя и Испании, а ещё граф Кайаццо, епископы Комо и Пьяченцы и другие известные миланские придворные. Затем Марко Морозини произнёс изящную речь, которая была высоко оценена всеми присутствующими и любезно принята императором, который приветливо побеседовал с посланниками на общие темы. Они были также представлены герцогине Беатриче, которая, по словам Марино Сануто, «никогда не покидает своего господина, хотя она снова ждёт ребёнка».