Книга Примадонны Ренессанса, страница 90 – Ева Арк

— Случилось это после того, как мы заметили расположение к Вам нашей замечательной герцогини: она во всех наших разговорах непременно Вас поминает.

Во время майского визита Франческо дал понять Лукреции, что ему хотелось бы приобрести отличных лошадей её брата Цезаря из конюшни в Форли. Герцогиня немедленно связалась с конюхом и 11 мая написала маркизу:

— Прошу Вас дать знать, не нужно ли Вам ещё чего в таком же роде, могу ли я чем-то Вам помочь. Заверяю Ваше Сиятельство, что во мне Вы всегда найдёте человека, готового Вам услужить.

В разгар лета содержание писем стало более насыщенным. Они обменивались стихами и 10 июля Франческо написал:

— Я болен, будучи лишён воздуха Феррары, который действует на меня благотворно, мне недостаёт беседы с Вашей Светлостью, доставляющей мне огромное удовольствие.

В октябре маркиз уже сделал осторожную попытку увидеться с Лукрецией на одной из вилл Эсте в долине По под предлогом охоты. Однако Альфонсо, лечившийся в то время на водах, возможно, что-то заподозрил и предложил, чтобы шурин дождался его. 28 октября Лукреция сообщила мужу Изабеллы:

— Свидеться с Вашим Сиятельством в Комаккьо не представилось возможности, как бы мне этого ни хотелось.

В субботу 25 января 1505 года после пяти дней сильной лихорадки скончался Эрколе I д’Эсте. Беспорядка и ссор, которых все ожидали и боялись, между его сыновьями не произошло. В связи с чём Проспери поспешил успокоить Изабеллу:

— С одной стороны, я приношу Вашей Светлости свои соболезнования, а с другой – поздравляю Вас в связи с тем, что всё прошло в мире, единении и любви.

Новым герцогом Феррары был провозглашён Альфонсо, в то время как Лукреция стала полновластной герцогиней. Получив власть, старший сын Эрколе сразу продемонстрировал умение управлять как собственной семьёй, так и подданными. Братьев заверил, что они могут спокойно, как раньше, жить в собственное удовольствие в своих роскошных дворцах. А затем учредил комиссию по рассмотрению частных петиций (жалоб), поставив во главе жену.

— Герцог думает лишь о том, как бы по мере возможностей удовлетворить нужды подданных, – сообщил Проспери маркизе.

Одним из первых распоряжений Альфонсо I было сооружение крыши над «скрытым проходом» между дворцом и замком, по которому он, будучи ещё ребёнком, спасся вместе с матерью и сёстрами во время бунта Никколо д’ Эсте. Сейчас, соединив свои дворцовые покои с апартаментами Лукреции в замке, он сделал общение с женой более приватным. Не забыл он также и о своей личной свободе, о чём опять же доложил Изабелле Проспери:

— Полагаю, Ваше Сиятельство слышали о проходе между дворцом и замком, но он (Альфонсо) приказал также построить винтовую лестницу, по которой Его Светлость днём и ночью может спускаться на площадь.

Таким образом, Альфонсо хотел развлекаться на стороне, не привлекая внимания.

В том же месяце, когда скончался герцог Эрколе, в Мантуе произошло радостное событие: герцог Урбино официально попросил руки Элеоноры Гонзага для своего племянника Франческо Марии делла Ровере. 2 марта их обручение было отпраздновано и Мантуе, и в Ватикане. Папа настаивал на том, чтобы невеста принесла своему мужу (и его племяннику) приданое в размере 30 000 дукатов, причём 20 000 дукатов должны были быть выплачены сразу, а остальная часть этой суммы – в срок, установленный герцогиней Елизаветой. Это событие способствовало оживлению переписки между Изабеллой и её старой подруги, от имени которой писала Эмилиа Пиа. Елизавета пригласила маркизу сопровождать её в Рим. Изабелла, которая никогда не была в Вечном городе, сразу загорелась этой идеей и заявила, что поедет либо инкогнито, одетая в чёрное, либо в качестве горничной в свите герцогини. Однако от этого путешествия пришлось отказаться, отчасти из-за страха перед чумой в Риме, отчасти из-за желания Юлия II сократить расходы и навести порядок в расстроенных финансах Ватикана.