Книга Двойной соблазн. Малышка для мажоров, страница 43 – Ольга Дашкова

Под загорелой татуированной кожей играли мышцы, кубики пресса, пот стекал по спине. Вот Никита поднял голову, посмотрел на ее окна, Вероника присела, словно он мог ее увидеть, прикусила губу.

— Почему она не выходит? Может, тетка наказала? Застукала, что пришла под утро?

— Не знаю, но у нее моя куртка и телефон.

— Значит, надо навестить нашу Ягодку вечером. – Ник толкнул брата в бок, воткнул лопату в землю, продолжая разглядывать окна девушки.

Работа шла плохо, никто не хотел ничего строить и копать ямы под столбы, дед приходил каждые десять минут и орал, что они лентяи и ничего не умеют делать и что точно пропадут в этом мире.

В итоге братья бросили эту затею, растянулись на лужайке, просто загорали и дремали под солнышком.

— Макс! Макс!

— Мм?

— Ягодку хочу. Сил нет, как хочу ее. Как вспомню, какая она сладенькая, как дрожит всем телом и кончает, так член колом стоит.

Макс хотел и сам, но не в его правилах обсуждать свои желания. Не было даже мысли о том, правильно они поступили или нет. Девушка манила, сама того не зная, соблазняя своей наивностью и неопытностью, но это было так чертовски сексуально, круче любого порно и самой отвязной партнерши, что у него была.

День подошел к вечеру, Вероника как-то незаметно заснула, снова видя непонятные и странные сны, но сейчас в них не было огня, а было много страсти. Заметив, что уже начало темнеть, девушка встала, умылась, спустилась в гостиную и застала тетушку за суетливым сбором.

— Надо срочно в город, соседи звонили, говорят, меня ограбили. Ты представляешь? Господи, да что же это такое? Порядочную женщину среди белого дня грабить?

— Ограбили? Серьезно?

— Ой, не знаю, Вероника, не знаю. Я поехала, ты на хозяйстве, присмотри за Бубликом, заночую в квартире, которую, я надеюсь, не ограбили.

Любовь Генриховна даже переживала и волновалась красиво. Женщина поправила небрежно уложенные каштановые волны волос, подкрасила губы, нанесла каплю духов на запястье и выпирающие ключицы. Взяла сумку, выпорхнула на улицу, Вероника провожала тетушку, помахала рукой, когда автомобиль выехал за ворота, а их тяжелые створки закрылись на ней.

Стало неуютно одной в доме и даже страшно, Вероника давно не ночевала одна, после ухода мамы с ней всегда была тетя, потом, когда поступила в университет, соседка по комнате. А вот сейчас она одна в огромном доме, и лишь мопс Бублик сидит в ногах и смотрит на нее выпученными глазами, высунув язык.

— Так, Бублик, даже не проси ничего со стола и не смотри на меня так жалостливо. Ну, хорошо, лишь один кусочек сыра, и пойдем снимем белье с веревки. А потом закроемся на все замки и будем ждать нашу Любовь.

Вероника взяла большую корзину, вышла на крыльцо, быстрым шагом обошла дом, начала нервно сдергивать белье, словно боясь, что на нее кто-то накинется.

Страх был, и у него даже было имя. Два имени.

Темнота накрыла слишком быстро, Вероника не включила ни один уличный фонарь, паника нарастала, в висках стучал пульс, руки не слушались. Казалось, что за ее спиной кто-то стоит, позвоночник холодел. Где-то хрустнула ветка, потом раздался шорох, а когда Бублик громко залаял, сердце едва не разорвалось от страха.

— Черт! Пес! Совсем сдурел? А ну, марш домой! И подругу свою прихвати, тебя никто не оставит здесь с ней.