Книга Как написать любовный роман за неделю, страница 73 – Стефания Бертола

Когда Мария Пия победоносно удаляется, уже 17:30. И я принимаюсь за работу. Вчера смогла написать всего три страницы шестой главы; если хочу отправить ее Леоноре вовремя, придется потрудиться.

Дональду Берберри всегда везло с парковкой – вот и сейчас он удачно поставил машину в нескольких метрах от входа в «Тапас Бар», известного испанского заведения в Данди. Удачно потому, что снаружи крупными хлопьями валил снег, а Шаннара все же не смогла справиться с желанием щегольнуть новенькими золочеными туфельками, которые приобрела на eBay. Они и в самом деле были последний писк, сочетались с чулками медного оттенка и облегающим платьем сафари от Моны Маккейтскилл, самого известного модельера в Данди. На плечи Шаннара накинула меховое манто, доставшееся ей от матери, – винтажную норку, единственное, что осталось той от отца Джейми, довольно известного в Льеже вора.

Когда они удобно устроились перед внушительным разнообразием тапас, в теплом и уютном помещении, которое оживлял потрескивающий камин, Шаннара вздохнула:

— Ох, Дональд, я, кажется, даже не знала, что в Данди есть испанский ресторан.

— Странно, он упомянут во всех гидах.

— Мы, шотландцы, не следим за ресторанными гидами по Данди.

— My querida^[24], это верное замечание!

— Gracias^[25]… Soy^[26] очень рада, что мы пришли aquí^[27].

— Yo tambien^[28], хотя и.. Ну… раз уж все равно начал… Дела у твоей amiga^[29] довольно плохи.

— Знаю… Она говорит, что закроет магазин и уедет из Кирримьюра… Так и я работу потеряю…

— Неприятная она. Очень уж строптивая.

— Не волнуйся, Дональд. La vida es loca^[30]. Вот увидишь, Изи передумает, продаст бизнес Кейллеру и останется в Кирримьюре.

— Почем ты знаешь?

— У меня тоже есть свои маленькие секреты. Что будем bevemos?^[31]

— Он не сможет забрать у меня мои джемы!

Изумруд могла бы выглядеть вполне уместно при штурме Зимнего дворца – со сжатым кулаком и растрепанными волосами, а вокруг хлопья снега, – но на кирримьюрском кладбище этот революционный пыл она растрачивала зря. Потрясала кулаком в адрес могилы тети Теодоры, для которой не жалела крепких выражений из-за ее отношений с отцом Ангуса. Из деликатности Изумруд не стала комментировать глупость, проявленную тетей, которая не проверила – собственница она дома и магазина или нет, но в паузах между ударами пяткой по могиле тетушки думала, что теперь понятно, почему отец Изумруд, говоря о сестре, всегда называл ее «дурочка Теодора».

И что теперь? Что будет с Изумруд теперь, когда у нее остается только одно оружие: бесценные рецепты, среди которых и самый секретный, из рябины и мушмулы? Другая на ее месте разревелась бы, но не Изумруд. Жизнь ее закалила. Да, теперь она знала печальную правду: возможно, из-за каких-то наследственных причин она без памяти влюбилась в Ангуса Кейллера и не желала ничего другого, кроме как оказаться в его власти. Но она совершенно не интересовала Ангуса, ему нужны были только права на производство ее джемов. Даже незабываемый поцелуй, который он подарил ей на кухне, несмотря на то что она была одета в пижаму с пингвинами, ничего не значил: это был просто очередной способ выудить у нее драгоценные рецепты. Ясно, что он насквозь лжив и готов на все, лишь бы добиться своих мошеннических целей. Изумруд стиснула зубы и усилием воли стерла Ангуса из своих мыслей. Он ей безразличен, теперь нужно навсегда уехать из этого проклятого места и начать новую жизнь в другом. Но в каком?