Книга Великая Библиотека, страница 53 – Анастасия Шелест

Марк осуждающе цокает и покачивает головой:

— Мы уже обсуждали это, не помнишь? Ради себя. И ради тебя.

Меня передергивает. Как только ему хватает наглости заявлять такое? Я распахиваю рот, чтобы послать Марка к пегасам, но он опережает меня, усмехнувшись:

— Не совсем честно обвинять меня в эгоизме, птичка. Ведь это ты собираешься уложить мертвых обратно в могилы, чтобы вернуться к привычному.

Меня словно наотмашь ударили по лицу. В горло толкается колючий ком, губы вздрагивают.

Все не так. Нельзя поддаваться. Я знаю, что должна сделать. Кто мы такие, чтобы переписывать реальность? Я твержу это про себя, но руки бессильно опускаются вдоль туловища. Марк пожимает плечами и как ни в чем не бывало уточняет:

— Как ты вспомнила? Что случилось?

Из меня вылетает сдавленный смешок. Музы, какая дура. Я же сразу выложила ему всю правду, а что он сделал? Снова солгал мне и попытался свалить все на усталость.

Злость закручивается внутри плотным узлом, помогая сбросить оцепенение. Я не знаю, что делать, но прекрасно понимаю, как его зацепить.

Бессмысленное мстительное удовольствие дергает уголки губ, и я протягиваю:

— Эрик. – Секундная тень на лице Марка отдается в груди волной тепла. – Мы столкнулись в коридоре, и кое-что произошло.

Вскинув брови, я неопределенно пожимаю плечами, наслаждаясь болезненным всполохом в глазах Марка.

— Ты жестока со мной, птичка, – заявляет он, возвращая себе контроль над мимикой, а потом вздыхает. – Но я сам виноват. Следовало это предусмотреть.

Маниакальные искры в зеленых глазах отрезвляют. Неправильная тактика. Мои попытки уколоть не приведут ни к чему, кроме секундного удовольствия. В прямом столкновении я проиграю. Нужно действовать иначе.

Прикрыв глаза на мгновение, я запрещаю себе злиться и отбрасываю все обиды. Пересохшие губы едва размыкаются, и собственный виноватый голос кажется чужим:

— Прости. – Мазнув по Марку взглядом, я замечаю его секундное удивление и облегченно выдыхаю. – Я запуталась, Марк, понимаешь? Столько всего произошло. У меня не было времени все обдумать.

Мой осторожный шаг уменьшает расстояние между нами. Марк не сводит с меня пристальный взгляд, но не перебивает, и я продолжаю, медленно подбираясь ближе.

— Я верю тебе. Я знаю, что ты не хотел мне навредить. Мне просто нужно немного времени, чтобы все это пережить. – Его лицо оказывается совсем близко. Нас разделяет не больше пары шагов, и я преодолеваю их, рассматривая его глаза. – Давай просто уйдем отсюда. Вместе. Туда, куда ты захочешь. Немного выдохнем, а потом вместе решим, что делать дальше.

Его ладонь опускается на мою талию. Марк притягивает меня к себе, и я поддаюсь, подавив жгучее желание влепить ему пощечину.

Холодные пальцы поглаживают мою щеку, смахнув с лица кудряшку. Марк улыбается и, облизнув губы, кивает.

— Ты определенно быстро учишься, птичка. Я почти поверил. Но не нужно принимать меня за идиота.

Я дергаюсь назад, но хватка Марка усиливается. Он взмахивает рукой, лишая меня возможности двинуться. Я отчаянно пытаюсь шевельнуться, но ничего не выходит.

Нет, музы. Снова. Я снова облажалась.

— Ничего. – Марк успокаивающе кивает. – Я все исправлю. Слава музам, у нас неограниченное количество попыток.

Он наклоняется, касаясь губами моей щеки, и шагает к книге. Я пытаюсь дергаться, но только мысленно вою и бессильно наблюдаю, как Марк опускает в книгу лист бумаги. Перед тем, как его пальцы скользят вдоль сгиба, соединяя лист с книгой, он бросает на меня взгляд и поясняет: