Книга Ее ужасная нечисть, страница 32 – Александра Черчень

— В Хармаре очень странные животные, – покачала головой я.

— А что, ты видела таких? – В желтых глазах фамильяры зажглось любопытство.

— У декана есть змея с четырьмя лапами.

— Предлагаю игнорировать странности и непонятности. – Сова переступила лапами по полу, и в ее голосе вновь появились занудные, почти учительские нотки: – Ты сюда учиться приехала, а не на декановых змей смотреть. Да и с вороной я больше постараюсь не сталкиваться… улыбчивая зубастая пасть на птичьей голове меня впечатлила дальше некуда.

Вообразив себе такое, я аж передернулась.

— Ладно, а что по моему поручению?

— Вроде все чисто и благополучно. Увидела парочку фамильяров, несколько представителей явно разумной нечисти, но так как они достаточно мелкие, то передо мной хвостами, разумеется, не крутили особо.

Хильда наелась, отодвинула лапой от себя кормушку и, перелетев на свою жердочку, принялась неторопливо перебирать перья, по одному возвращая их в идеальный порядок. Сверкнула на меня глазищами из-под крыла и вкрадчиво спросила:

— Полетать хочешь?

— Угу… вот сегодня днем и пойду.

Все самые тайные делишки лучше всего делать именно при полуденном солнышке.

Нет, ночью я тоже иногда летала, но в проверенных местах. Потому что и в лесу, и в городе были свои хищники, про которых стоит как минимум знать.

— Молодец! Жаль, мне с тобой нельзя… – с сожалением вздохнула сова.

— Жаль, – грустно кивнула я, вспоминая, как много лет назад Хильда учила меня летать и охотиться.

Тогда, в нашем поместье, я была счастлива и спокойна. Взрослая жизнь же накладывает куда больше ограничений. И чем больше ты про нее узнаешь, тем меньше хочешь рисковать из-за минутных развлечений.

Вожделенный момент наступил после обеда.

Я как раз сходила в столовую пораньше, а потому, когда вернулась, в нашем блоке никого не было. И хоть комнаты все равно закрываются, а выходить я собиралась не через дверь, а через окно, но так мне все равно спокойнее.

Закрыв замок, я распахнула оконные створки, завесила их шторами, оставляя небольшой зазор, и сама отошла в дальний угол комнаты. Хоть напротив дерево с густой листвой и вообще мы на третьем этаже, но осторожность лишней не будет.

Оборот всегда начинался одинаково – с легкого покалывания под кожей. Будто тысячи крошечных иголочек бежали по телу, напоминая, что кости могут быть гибче, глаза зорче, а душа свободнее.

Я выдохнула и позволила себе раствориться.

Мир дернулся, расплылся и собрался заново. Комната стала огромной. Шторы над головой нависали как облака, а пол оказался вон там, далеко внизу.

И это только звучит интересно, на самом деле во время первых оборотов меня накрывало совершенно иррациональной паникой. Тогда очень помогала Хильда, беря меня под свое крыло в самом прямом смысле и успокаивая теплом тела и невероятно быстрым стуком сердца.

Но потом я привыкла. Десять лет – достаточный срок, чтобы принять перемены, даже когда все внутри меняется до неузнаваемости.

Ощущение от нового восприятия хлынуло привычной волной. Я повертела головой, привыкая к новому углу обзора – почти круговому, как и положено сове. Когти царапнули пол, крылья сами собой расправились.

Белые. Пушистые. Мои.

— Красавица, – раздалось с насеста Хильды, которая смотрела на меня с непривычной нежностью. – Соскучилась?